Королевская кровь 6

- Но ты и наказан, - Гюнтер словно успокоился от этой демонстрации эмоций. – И я не могу оправдывать Лену. Она творила чудовищные вещи. Да спрячь ты язык, в конце концов!

Луциус все так же тяжело дышал, царапая когтями остатки подоконника. Фигура его то поддергивалась туманной дымкой,то снова становилась четкой. Гюнтер тяжело поднялся, медленно, спиной шагнул к шкафу, достал оттуда еще одну бутылку и бокал. Наполнил ее, подошел к Инландеру.

- На, выпей, - сказал он настойчиво и примирительно. - Успокойся, Лици.

Луциус вырвал из его руки бокал и осушил его.

- Сколько тебе говорить, – в голoсе его ещё прорывалось шипение, – не буянить на моей территории?

- Сядь, - поморщился Гюнтер. – Извини. Хорошо. Если этот Дармоншир – не твой сын,то откуда у него способность к обороту?

- На этот раз на слово поверишь? – язвительно поинтересовался хозяин кабинета, недовольно глядя на измочаленный подоконник.

- Поверю, - в тон ему ответил Блакори.

И Луциус повторил ему то, что недавно озвучивал самому Люку.

- В Дармонширах сильно наследие Белого, – сказал он. – Так получилось, что герцог выпил кровь одной из Рудлог. Это и стало катализатором.

Гюнтер кивнул, принимая ответ. Покачал головой, вздохнул.

- Лена, Лена. Как мне теперь быть?

- Как и раньше, - уже ровно и настойчивo произнес Луциус. - Будто ты ничего не видел и не знаешь. Посещать памятные мероприятия – помнишь про четверг?

Блакорийский король мрачно кивнул.

- Пойду я. Это нужно переварить, Лици. А то опять наору на тебя,так мы вдвоем дворец разнесем.

Луциус поморщился при напоминании о недавнем срыве и потянулся к сигарете, наблюдая, как в ртутной поверхности помутневшего зеркала исчезает его громогласный кузен. Посмотрел на часы. Три минуты еще, затем встреча с мэром Лаунвайта – и подойдет время отправляться в семейную маленькую стoловую, чтобы пообедать с сыном и невесткой.

Пустующее место супруги за столом служило королю Инляндии безмолвным напоминанием о собственной слепоте,и его величество начал замечать, что избегает семейных сборищ.

Луциус с утра за завтраком, ласково поздоровавшись с радующей его сердце, очень спокойной и достойной женой сына – Инландер так и называл его сыном,и не собирался от этого отказываться, – жадно вглядывался в воздушное сияние наследника.