Королевская кровь 6

Графиня, уже приученная к ненормированному графику короля – мог он вдруг заявиться и днем, и жадно завалить ее в постель,или не прийти вовсе – всю свою жизнь организовала так, чтобы обезопасить себя от болтовни слуг. Выезжала она теперь только по утрам – когда Луциус точно был занят своими королевскими делами, а к обеду отпускала прислугу и ждала.

Нелегкое это дело и нервное – быть королевской фавориткой.

Леди Лотта сердилась. Язвительно выговаривала его величеству, что чувствует себя менее свободной, чем в браке с Кембритчем.

Пыталась действовать лаской и хитростью – и он делал вид, что поддается – но все начиналось заново. Холодно приказывала не приходить больше – о, он прощал ей и тон и недовольство,и только усмехался, сжимая ее и сдирая с плеч одежду. Χмурилась. Сжимала губы и отворачивалась от поцелуев. Кричала «убирайся» и в сердцах швыряла на пол его подарки – бесценные украшения. Уезжала в свое графство, в имение Мелисент-хаус – но стоило услышать сдержанный голос по телефону, услышать его «Я жду,ты нужна мне, Лотти» - и она возвращалась через телепорт обратно и покорно ложилась с ним в кровать. И слушала его, и обсуждала государственные дела, будто всю жизнь проработала министром – он иногда иронизировал, но не перебивал. Или рассказывала про дела своего графства, или после просьб любовника - о детстве Люка, много, улыбаясь,и чувствуя парадоксальную слабость к мужчине, который стал причиной cтольких лет горечи – и на чьем плече она сейчас лежала.

За эти несколько недель леди Шарлотта получила столько эмоций и столько счастья, сколькo испытывала только в далекой юности. С ним же. И все прошедшие тридцать шесть лет казались покрытыми серой патиной. Только дети и оставались яркими цветами в этой бессмысленной серости.

И она сейчас ждaла его появлений, его звонков – и жутко мучилась из-за этого. И не могла не ждать.

Нелегкое это дело – любить такого, как Инландер.

Вот и сейчас леди Лотта, одетая в очень приличное длинное платье, как девчонка, поджав под себя ноги в кресле и надев на нос очки, зачитывалась новым романом, когда зеркало в ее гостиной помутнело и оттуда вышел Луциус.

В рубашке с расстегнутым воротом, расслабленный и чем-то очень довольный. Она посмотрела на него поверх очков – его величество обошел ее, поцеловал в плечо, замер на мгновение, читая, хмыкнул – и забрал рoман, небрежно бросив его на столик. И надел ей на шею тяжелое ожерелье.