Неужели есть где-то оружие, способное разрушить клинки, выкованные им из собственной ауры, являющиеся его частью?
— Они не всегда сбываются, — виноватым шепотом попыталась ободрить его принцесса.
— Конечно, не всегда, — проговорил он с мягкостью. — Будущее — это сбывшееся из бесконечного числа несбывшегося. Самое вероятное и видят такие, как ты, маленький огонек разума. И знаешь, зачем нужно обязательно рассказывать о плохом?
— Зачем? — завороженно и тихо спросила Каролина.
— Чтобы дать тому, кому выпало предсказание, возможность изменить будущее.
Если он хочет.
— Но разве это возможно? — В голосе юной художницы зазвучала взрослая горечь, и Чет задумался, сколько же всего увиденного она несет в себе, боясь показать и рассказать.
— Ты грустишь из-за дара, — сказал он, не спрашивая, и принцесса тяжело взглянула на него. — Не нужно. Любой дар — это клинок, который можно направить как во зло, так и во благо. Тебе просто нужно научиться властвовать над ним.
— Я бы хотела, чтобы я была совсем обычной и ничего такого не умела, — буркнула принцесса совсем тихо.
— Не нужно, — Чет улыбнулся. — Твой дар — это часть тебя. Без него ты будешь кем-то другим. А судьба очень не любит, когда человек пытается быть кем-то другим, Каролина. И всеми силами возвращает его на свое место.
Принцесса совсем опечалилась, и Чет поспешил ее приободрить:
— Ты спрашиваешь, возможно ли изменить будущее. Не все возможно изменить. Какие-то события неизбежны, они как гвозди, которые держат ткань бытия, — выдерни гвоздь, и мир рухнет.
Но, благодаря твоему дару, все можно попытаться изменить. Спасибо тебе. — Он торжественно поклонился ей. — Ты правильно сделала, что показала мне.
— Правда? — Лицо ее просветлело. — Хорошо. Ой, — она посмотрела в небо, которое едва заметно начало светлеть. — Я все-таки опоздаю. Еле встала, — пожаловалась она. — Опять не успею к обители до рассвета.
— Не опоздаешь, — проговорил он. — Ты оказала мне большую услугу, девочка. Отойди-ка в сторону, я обернусь и отнесу тебя.
— Ну зачем, — она смутилась.
— Это совсем пустяк… поделаю пока наброски.
— Это совсем не пустяк, — улыбнулся Чет с нежностью. — И совсем не равная оплата. Прошу, если ты увидишь что-то еще, касающееся меня, не бойся показать. Ты мне очень поможешь, девочка-огонек.
Мастер не стал объяснять, что этот ребенок дал ему в руки, так точно изобразив его падение и бессилие. Карту его слабых мест, портрет умений его будущего врага. Тип оружия, нанесшего раны, силу удара противника.
