– Мудрейшая, я знаю, что тимавеш могут выходить в большой мир с помощью амулетов, которые отводят взгляд. Об этом говорила Одекра. Ты можешь дать нам такие амулеты? Хотя бы ей, – он коснулся плеча Алины.
– Нет, геси, – ответила Ледира печально. – Сила Хиды уходит, и даже неши теперь не могут выходить с амулетами. Но там, куда вы идете, недалеко от врат в ваш мир, поперек реки лежит кусок серпа Оки-Жара. До него отсюда идти семь дней. Одекра нарисует вам карту. Доберетесь до него и будете в безопасности. Но сейчас лес кишит наемниками императора и тварями.
Они идут к равнине, они осматривают леса вокруг. Страшные твари там живут. Трудно вам придется. Трудно.
Алина закрыла глаза, борясь с вновь плеснувшим удушающим страхом.
– Не хочешь ли и ты спросить меня о том, что важно тебе, ношеди-дева? – мягко проговорила Ледира.
Принцесса сморгнула слезы и посмотрела на нее.
– Я увидела в озере то, что сделало мне больно, – сказала она. – Зачем мне это показали?
– Дар не может сделать больно, если внутри тебя нет боли, – мягко ответила Ледира.
– Дар помогает увидеть боль, увидеть что-то важное.
– А если я и так все давно знаю?
– Значит, не все, девочка, – прошелестела Ледира, и глаза ее снова засияли золотом, успокаивая, и знак на лбу Алины вновь налился прохладой. – Вода – это зеркало, в которое вы смотритесь. Вы видели отражение ваших мыслей и страхов, ваших знаний и мыслей о будущем, отражение того, что важнее всего для вас сейчас. Это не будущее, а ваше о нем представление. Путь, по которому ты идешь или могла бы пойти.
Или, – она сочувственно посмотрела на принцессу, – путь, который следует принять.
Алина сжала кулаки. Внутри опять полыхнула злость – потому что принять означало смириться. Она оглянулась на Тротта – его лицо было непроницаемо, глаза мерцали зеленью.
– Но я-то видел прошлое, – вмешался Чет. – Прошлое этого мира.
Старуха посмотрела на него почти с умилением.
– Значит, оно тебе важнее будущего, ергах. Но прервемся же: пора открыться людям, чтобы послушать наши песни, – она повела рукой, и лианы снова начали оплетаться по бокам и за ее спиной, создавая вокруг то ли овальную живую раму, то ли корзину, поставленную на бок.
– Будете сидеть рядом со мной – пока Ока и Вета не уйдут на другую сторону неба, я останусь в силе. Будем слушать песни и говорить.
Шесть молодых неши встали вокруг нее, протянули руки в стороны, и от верха корзины рванули к ним лианы, обхватив за плечи, приподнимая «люльку» над землей.
