На плато у столба, изгибаясь, скользила по камням гигантская многоножка размером с трамвай, поднимая тело высоко, как змея, и бросаясь на Четери с тем самым невыносимым свистом. А дракон танцевал и смеялся, ускользая от страшных челюстей – такие действительно могли раскусить и вехента, – раз за разом отпрыгивая далеко, обрубая чудовищу то одну из коротких лап, которых было не менее сотни, то кончик длинного уса.
Папоротник, на котором притаилась принцесса, дрожал и сотрясался. Она же следила за битвой, за работой двух бойцов в паре – и впервые яростно, почти ожесточенно сожалела, что слишком слаба и неумела, чтобы помочь им, и обещала себе, что обязательно научится и сможет двигаться и сражаться не хуже, чем лорд Макс.
Тротт в полете, сжимая в руках призрачные клинки, прыгнул на черную спину, пробежал, помогая себе крыльями, по хитиновым пластинам, покрывавшим ее внахлест – ни щели для клинка. Добравшись до плоской башки, воткнул лезвия в огромный глаз, спрятанный в провале хитина, провернул их… Многоножка взвилась на дыбы, и Тротт полетел в сторону – а чудовище, разъяренное, вопящее на таком ультразвуке, что у Алины заныли зубы, бросилось туда, где только что был инляндец, щелкнуло челюстями…
Профессор увернулся раз – срезал одну из ног, увернулся два – срезал еще, с той же стороны, где уже хорошо поработал Мастер, но не улетел, зависнув в воздухе, – и принцесса похолодела, видя, как близко от него сомкнулись черные жвала, как близок он был к гибели.
Но почему он не улетает? Почему?
И тут она увидела Четери – дракон каким-то неисполнимым кульбитом оттолкнулся от бока твари, вспрыгнув ей на затылок, подождал, пока она снова бросится на Тротта, пробежал по хитиновому лбу – от выколотого глаза к зрячему, и двумя росчерками клинков ослепил ее окончательно.
"
"Мастер едва успел спрыгнуть и понестись в сторону, как многоножка, припадая на тот бок, где двое противников проредили ей лапы, начала метаться по плато, сворачиваясь и разворачиваясь, врезаясь в столб – он оказался не слишком прочным, и сверху стали сыпаться камни и пыль, свергаться целые плиты.
Одна из таких свалилась на шею чудовищу и оно, окончательно потеряв ориентацию, принялось крушить все вокруг. Со столба сыпалось все больше камней и глыб.
Четери, пробираясь в сторону Алины, мелькал меж стволов в лесу, куда он нырнул с плато. Тротт летел к ней, уворачиваясь от падающих камней, – когда принцесса с ужасом заметила двух раньяров, летящих к ним из-за реки.
