Она так много сделала для нас. Дала нам свою силу. Я хочу помочь ее мужу защитить ее… Март?..
- Что? – отозвался он потерянно. - Ты права, Вик, во всем права. Я ещё в замке Вейн знал, что ты уйдешь в Инляндию.
- … я сейчас вcе уроню.
Барон ее отпустил, и волшебница протянула ему стакан. Он, покачав головой, взял термос, запрокинул голову и сделал несколько глотков пойла, такого терпкого и обжигающего, что слезы выступили на глазах.
- Не плачь, - засмеялась она тихо.
- Это глинтвейн, - буркнул он, делая ещё глоток.
- Не хочу расставаться с тобой, Вик.
- Но меня и так не было рядом, – заметила она рассудительно.
- Это другое. Какие-то паршивые двести километров. И то я не каждый день мог видеть тебя. Впереди самые сложные бои, а до Дармоншира выстроить Зеркало тяжелее в десять раз. Что, если мы не увидимся до конца войны?
- лавное, чтобы вообще увиделись, - шепнула Вики.
- Даже не думай про это, родная, – жестко приказал он. - Не смей.
- Не буду, Март, – она вновь ласково погладила его по лицу, и барон снова поник.
- Ведь я не смогу пойти с тобой, Вик. Не могу бросить своих ребят. И всех этих людей.
- Я знаю, - волшебница грустно улыбнулась.
- И не могу тебя не отпустить.
- Не можешь, – Виктория глотнула глинтвейна из крышки-стакана. – Я уже подала рапорт генералу Дорфингьеру. Договорились, что сначала помогу вам. Доведу вас до границы с Рудлогом, Мартин.
- Хоть одна хорошая новость, – со вздохом отозвался барон. - Ты ведь знаешь, как я боюсь за тебя, Вик? У меня зубы стучать начинают каждый раз, когда вибрирует твоя сигналка, а я не могу помочь.
- Знаю, милый, – сказала Виктория, обнимая его. – Ведь со мной происходит то же самое.
Они допили глинтвейн, легли, застегнув спальный мешок и прижавшись крепко-крепко, лицами друг к другу, словно пытаясь компенсировать будущую разлуку. И там, в этом общем тепле, пытались заснуть и не могли.
- Ко мне приходил Саша. Мотается между Севером и Югом и к своей Катерине ухитряется заглядывать. На Юге готовит отряд для помощи Максу, на Севере помoгает наступлению.
Наша армия скоро соединится с их частями. Но мы недолго смогли пообщаться, полчаса, не больше.
- Мы с тобой три дня назад виделись, когда вы успели?
- Позавчера. Сказал, что к ним присоединился Черныш. Алмаз ему обещал амнистию.
- Дед сдурел на старости лет, – пробормотал Мартин."
"- Это Данилыч сдурел. Хочет взять его в свой отряд. Сказал, что повязали старика кровной клятвой и он безопасен.
