Лесные звери, напуганные взрывами и содроганиями почвы, бежали прочь,и императору пришлось немало покружить, прежде чем найти дoбычу – молодого контуженного кабана. Умывшись после трапезы под аккомпанемент далеких выстрелов и дождя, Хань Ши уже направлялся к ставке командующего, когда промелькнула мысль еще взглянуть на переход.
На этот раз ему не понадобилось приближаться на двести шагов, чтобы увидеть, как из дымки «цветка», исполосованной ливнем, неслышно и слаженно, квадрат за квадратом, выходят сотни существ в черных доспехах и зряче направляются к лесу – будто нет ни тьмы, ни дождя.
Он узнал их – чудовищ невероятной мощи из видений огненной тамиянь, которые рвали йеллоувиньских солдат так же легко, как он недавно разорвал кабанчика, которые растерзали его тело, – и сразу ощутил, что это не люди. Людей-иномиря он чувствовал почти так же, как туринцев, – чуть-чуть в них было чуждости, непривычных ментальных колебаний, но то, что он мог их воспринимать и влиять на них, лишний раз доказывало, что жители Туры и Лортаха произошли из одной колыбели.
Эти же существа ощущались ближе к туринской нежити, чем к кому-то живому.
Старый тигр обогнул портал и понесся параллельно существам, то приближаясь,то отдаляясь. Крайние твари забеспокоились, поворачивая плоские морды в его сторону, разевая жвала ртов, и Хань Ши отбежал подальше."
"И уже издалека увидел, как среди других всадникoв на охонгах появился из портала знакомый старик в черных доспехах, в черном плаще. Ментальное поле старика ощущалось тяжелым, вязким и очень мощным.
И враг будто почувствовал Хань Ши – посмотрел в его сторону, нахмурился.
Император Ши опустил на себя щиты. Из портала все выходили и выходили инсектолюди и всадники на охонгах, огромные тха-охонги вонзали лапы-лезвия, а будущий противник долго ещё поворачивал голову туда, где стоял тигр, и то и дело клал руку на меч – будто раздумывая, не приказать ли своему войску двигаться в ту cторону, где притаилась непонятная угроза.
Хань Ши не стал доидаться, пока выйдет все вражеское подкрепление.
н обернулся человеком, создал ещё одну птаху-равновесника и приказал, глядя в золотистые глаза:
- Лети к моему генералу Хэ ню и покажи ему то, что видишь, – и он указал на рассекающие тьму квадраты чудовищ. - Скажи, что этот противник неподвластен обычному воину, поэтому пусть солдаты отступают до позиций второй линии армии. Нам нужно выиграть время. Скажи, пусть по полю ударит артиллерия и бьет, сколько хватит снарядов.
