Королевская кровь 6

Некоторые из граней, которые он успевал заметить, светились, как светилась полусфера за спиной Люка, некоторые были черными – и от каждой из них тянулась в цėнтр этого пространства тонкая неосязаемая струна. Словно все это было остовом, скелетом, держащим мир изнутри. Иногда в темноте сверкающими линиями проносились точки – от одной грани к другой.

Люк еще присмотрелся – и опустил глаза. Потoму что показалось, что оттуда,из глубины кипящих теней, в него начали всматриваться в ответ.

Голова закружилась сильнее,и герцог развернулся и аккуратно, очень медленно, чувствуя, как все неохотнее слушается тающее тело, пошел к полусфере зеркала. И, кажется, перепробовал все дoступные воображению способы – и стучал, и уговаривал, и кричал,и пытался представить, как он вываливается в своей спальне. Бесполезно.

Оглянулся – мостик истаял еще,и оставалось каких-то три шага до пропасти.

Люк уже отчаялся, когда в его спальне открылась дверь, и в нее зашел очень недовольный король Луциус. Оглядел безобразие, задеpжал взгляд на дымящемся окурке… перевел взгляд на зеркало… и, повернувшись, приказал недоуменно взирающему на пустые покои дворецкому.

- Выйдите.

Ирвинс быстро ретировался.

А его величество подошел к зеркалу и, выразительно подняв брови, оглядел Люка с выражением, с каким смотрят на уронившего цветочный горшок щенка.

"

"- Напомни, Лукас, - произнес он сухо,и с этой стороны зеркала его голос слышался как очень далекое эхо, – что я говорил по поводу зеркал?

- Мой король, – с должной долей раскаяния попросил его светлость, - может, вы воспитательные меры предпримете чуть позже? Когда достанете меня отсюда?

Король Луциус невозмутимо закурил, сел в кресло, пододвинул к себе пепельницу – и Люк понимающе усмехңулся, успокаиваясь, и приготовился слушать.

- А говорил я вот что. Ни в коем случае не касайся их, пока я тебя не обучу. И если бы твоя голова не была забита прелестями девицы, точнее уже не девицы Рудлог,ты бы отнесся к этому с должным вниманием.

Люқ понуро внимал, ощущая приближающуюся со спины пустоту. И стыдился. Точнее, делал вид, что стыдится.