Королевская кровь. Книга 3

Были и огромные балконы, для больших компаний, и маленькие, со столиками на двоих, все огороженные черными тонкими перилами — чтобы не дай Боги гость не пополнил собой ассортимент отбивных. Наверху шумно гуляла какая-то компания, но, в общем, местечко было очень необычным. И хорошим, свободным. Ненавязчиво и бодро играла народная музыка — скрипка, дудка, гитара, и светильники периодически пускались в пляс в ритме мелодии, буквально на несколько секунд, замирая после этого в новых конфигурациях.

— Эх, — произнес Март мечтательно, после того, как галантно отодвинул для меня стул, — сколько раз мы здесь пили и безобразничали. И не перечесть.

— А сейчас почему нет? — полюбопытствовала я, ожидая, пока неожиданно благообразный официант раскатает передо мной свиток-меню.

— Да… Алекс ушел в ректоры, Макс в лес, Вики в Эмираты уезжала, а Михей погиб… — блакориец дернул плечами, и я не стала спрашивать, как это случилось. — Нет ничего постоянного в мире, Марина.

Мы все еще самые близкие люди в мире, но у каждого столько обязательств и дел, что встречаться получается очень редко. Это в последние два месяца обстоятельства так сложились. А вроде и нужно только открыть Зеркало, но то у тебя дела, то у Алекса, то у Макса… Этот вообще деревья знает лучше, чем людей.

— А Виктория? — спросила я.

— Она предпочитает встречаться, когда есть кто-то еще, — усмехнулся Мартин. — Я ее достал, увы. Но, — сказал он строго, — вообще у нас вечер твоих исповедей.

Я внимательно вас слушаю, Ваше Высочество. Что случилось? Ты решила сбежать в Инляндию?

Как рассказать это человеку, которого страшно боишься потерять? Который для тебя стал ближе родных? Который думает, как ты, смеется над теми же вещами, что и ты, и вы с ним всегда на одной волне? Как близнецы или как сто лет знающие друг друга люди? Мне даже с Катькой никогда не было так хорошо, как с ним.

«Прямо, Марина. Ты же видишь и знаешь, что он воспримет это со своей вечной шутливостью.

Будто ему никогда не бывает больно».

— После церемонии, — я вздохнула, решаясь, — он зашел ко мне извиниться. И мы… немного увлеклись, — фон Съедентент глянул на меня с иронией."

"«Немного — мягко сказано», — скептически вторил взгляду мага внутренний голос. А я продолжала, и хорошо, что на мне была полумаска. Про то, как застала нас сестра, про ее слова. Про дневной звонок и снова нахлынувшее опустошение.