Королевская кровь. Книга 3

А там, сами знаете… от десяти до пятнадцати лет изоляции с запретом использовать магию."

"— Есть возможность отправить их в монастырь Триединого, минуя отдел? — поинтересовался Тротт.

— Вам какой интерес? — осведомился Игорь с недоумением.

— Это в ваших интересах, — сухо ответил природник. — Любая изоляция не абсолютна, в результате они снова напитаются, и вы получите на выходе двух разрушителей, свихнувшихся от одиночек. В монастыре их блокирует среда и священники учат справляться с жаждой. Что до меня, считайте, мне их просто жаль.

Он с насмешкой посмотрел на Стрелковского, с явным скепсисом выслушавшего его «жаль», и продолжил:

— Так что, если не удастся ни с кем из коллег договориться, я могу начать в конце этой недели. Но за демонов возьмусь не раньше следующей, уж извините.

— Я не имею права принимать решения о дальнейшей судьбе Рудакова и Яковлевой, — медленно проговорил Игорь. — Но я поговорю с Тандаджи. И позвоню вам. Если дадите свой номер.

— Записывайте, — холодно ответил Тротт и продиктовал номер.

— Вам она понравилась, профессор? — небрежно осведомился Игорь, сохраняя номер в телефоне, и инляндец улыбнулся бледными губами, словно забавляясь.

— Я спросил из вежливости, Игорь Иванович. Однако, если вы решитесь, могу предложить ей свои регенераторы и стимуляторы. Подумайте.

— Спасибо, — пробормотал Игорь сдержанно. — Я подумаю. И вам всего хорошего, профессор.

Майло Тандаджи, когда Игорь заглянул к нему, распекал двоих сотрудников, и те, бледные и взвинченные, стояли, вытянувшись, и на лицах было написано только одно желание — чтобы их отпустили из этой камеры пыток побыстрее. И на Стрелковского, прервавшего монотонное втаптывание агентов, упустивших организаторов контрабанды оружия, они посмотрели, как на спасителя.

— Извините, господин полковник, — вежливо произнес Игорь Иванович, — я позже зайду.

— Оставайтесь, господин полковник, — в тон ему ответил начальник разведуправления, и его черные глаза насмешливо блеснули, — я уже закончил. Идите, господа, и чтобы к вечеру у меня были предложения о том, как вы собираетесь исправлять вашу ошибку.

— Так точно, — с облегчением подтвердили проштрафившиеся и поспешили удалиться, пока начальник не передумал.