Королевская кровь. Книга 3

Но кто ж вас уму научит?

Полковника, не приходящего в сознание, осторожно погрузили в источник. Тарья разделась, села рядом, придерживая его и растирая сбитые кулаки, тело, смывая кровь с лица. Из окошек келий то и дело выглядывали любопытные сестры, шушукались между собой: виданное ли дело, мужчина в Обители и не по воле Богини! Источник пыхал паром, заволакивающим темный двор, светила луна, матушка то и дело выходила — то сообщить, что приготовила еще одну кровать, то поинтересоваться, как дела и не ожил ли еще упрямец.

"

"Хиль не оживал. Но жилка на виске билась размеренно, лицо распарилось, покраснело, ссадины на костяшках потихоньку заживали, и Тарья обняла его, уперлась ногами, чтобы не соскользнуть в воду, и, поколебавшись, положила голову на грудь — слушать сердце.

И сама не заметила, в какой момент оно застучало быстрее, а крепкие руки вдруг прижали ее к груди — не дернуться и не вырваться.

Но она и не стала вырываться. Мужчине, который готов умереть за право быть с тобой, можно дать шанс.

Глава 26

Понедельник, Магуниверситет, АлинаАлинка расстроенно шлепала по шумному коридору универа, перекинув через плечо тяжелую спортивную сумку.

Последним занятием была ненавистная физкультура. До зачета оставался месяц, а у нее прогресса практически не было. Да, она чуть ли не пищала от восторга, когда смогла подтянуться первый раз — но что это по сравнению с нормативом в десять подтягиваний? И по бегу она теперь отставала не на три круга, как раньше, а на два. Ну и что?

Тренер опять провела с ней мотивирующую беседу, после которой хотелось только забиться в уголок и поплакать.

Вы молодец, Богуславская, но этого мало. Я вижу, как вы стараетесь, но нужно хотя бы по нижней норме пройти. Иначе я не смогу поставить вам зачет. А без зачета вас просто не допустят к экзаменам.

Она вздохнула тяжело, перебросила сумку на другое плечо, достала из кармана телефон и набрала Матвея. На перерыве они уже виделись — Ситников рассказывал ей про дракона, она слушала, затаив дыхание, и стрясла с него обещание, что обязательно позовет, когда ящер прилетит снова.

Но сейчас ей нужна была поддержка.

— Доброго дня, малявочка, — прогудел он своим густым и добрым басом. — Ты где?

— Я сейчас к каменам подойду, — грустно сообщила Алинка. — Матвееей, я так расстроена! Придешь меня пожалеть?

— Сейчас буду, — пообещал Ситников. — Всех обидчиков заломаем, не переживай.

«А кого ломать, если ты сама себе обидчик?» — печально думала Алинка, заворачивая к каменным мордам.