Королевская кровь. Книга 3

Такого мерзкого, сжатого, никого не любящего и которого тоже никто не любит.

— В университет, — повторила она с достоинством и воистину королевской снисходительностью. — Надеюсь, меня еще не хватились.

Ее не хватились. Не так много времени прошло, как оказалось — какие-то полчаса. Она вышла к ожидающему ее водителю, доехала домой. И первым делом позвонила сержанту Ларионову и потребовала провести занятие прямо сегодня. И дальше, целый месяц — по два раза в день, утром и вечером. А если сержант будет против, то она начнет бегать сама.

В конце концов ее сестра, Василина, за месяц въехала в управление страной, а это посложнее отжиманий будет.

Максимилиан Тротт, проводив незваную гостью, укрепил стекла в гостиной — время на замену он сможет найти только на выходных. Составил посуду в раковину, прошел в ванную, снял влажное полотенце, сразу кинул его в стирку, поправил мыло и с неудовольствием увидел две веселенькие резиночки с пластмассовыми божьими коровками для украшения, лежащие около раковины. Поморщился и выбросил их в ведро.

И вздохнул с удовлетворением — теперь вокруг все было правильно и тихо, как раньше. Осталось только завершить задание для Зеленого крыла и забыть обо всем, кроме работы. Работа несла привычные и приемлемые эмоции, без дури и всплесков.

Но перед тем, как открыть Зеркало в Управление, он все же позвонил Алексу. Извинился и неожиданно для себя пригласил вечером собраться всей четверкой у него. Просто так, без всякого повода.

— Кажется, я привык, что у меня тут обитает толпа народу, — сказал он в ответ на веселое недоумение друга и вопрос, не заболел ли он.

 — Хватит ржать, Данилыч, иначе я передумаю.

В Управлении он пробыл до вечера. Размеренно снимал блоки, переходя из камеры в камеру. И, уходя к ожидающим его друзьям, конечно, не видел, как мимо окон ведомства по дорожкам, освещенным фонарями, раскрасневшись, пыхтя и сжав зубы, пробегает пятая принцесса дома Рудлог.

Мартин, Алекс и Виктория сидели рядышком на диване в его гостиной, выжидательно, как почтительные школяры за партой.

Пили вино, и когда он вышел из Зеркала, уставились на него с одинаковым выражением нетерпеливого любопытства.

— Я в душ, — буркнул он и, не останавливаясь, прошел мимо, к ванной.

— Мы тоже рады тебя видеть, Малыш, — крикнул ему в спину Мартин. — Ты такой гостеприимный!

Он усмехнулся. На самом деле устал ужасно, и идея пригласить друзей уже не казалась удачной. Но эти трое удивительным образом удерживали его в нормальной жизни.