– Да? Ну, скажи, да, ведь да?
Она, к моему удивлению, не сразу растаяла – постаралась собраться, задумалась, сурово глянула нa меня снизу вверх и я мгновенно затихла.
– Только в сопровождении охраны, Марина. И прошу, будь осторожна. Мы все ещё в опасности, поэтому ни в коем случае не снимай переноску и при любой угрожающей ситуации используй её.
– Клянусь, – сказала я убежденно, сама в это веря. – Я не подведу тебя больше, Вась. Клянусь.
Сейчас я была готова поклясться в чем угодно. Вася ласково поцеловала мою ладонь, скептически покачала головой и поднялась.
– Скоро ужин, я пойду к детям. Пойдешь со мной? Или будешь готовиться к свиданию?
– К двум, – фыркнула я. – Сначала у меня романтическая встреча с Тандаджи, – я подняла со своего кресла куртку, – передай Мариану, Вась. Встретимся за ужином. А я побегу в Зеленое крыло, пока наш суровый тидусс не избежал счастья в моем лице.
* * *Начальник разведуправления был на месте. Зал Управления уже почти опустел, а в его кабинете все ещё горел свет.
– Ваше высочество, – крокодил встал, поклонился.
В голосе ни капли удивления, и лицо без единой эмоции.
– Полковник, – в тон ему ответила я. – Садитесь. Я ненадолго.
Он опустился на место, и я подошла, протянула ему коробку.
– Это вам.
Тидусс взял ее, открыл. Достал подарок – большую чайную кружку с тонкой надписью «Спокойствие побеждает все». Поднял на меня глаза – лицо его было каменным.
– Я хотела подарить вам набор из шести кружек с нашими портретами, – поделилась я таинственным голосом.
Села в кресло. – Но подумала, что это будет жестоко.
Он не улыбнулся.
– Ваше выс…
– На самом деле я пришла принести свои извинения, – торопливо перебила его я. – Я повела себя непростительно и грубо, полковник. Мне очень жаль. Вы ведь простите меня? Только не говорите что-то типа «вам нет нужды извиняться» или «я и не обиделся». Скажите, что не держите на меня зла.
– Так точно, ваше высочество, – ответил он, чуть сощурившись. – Я не держу на вас зла.
Я вздохнула.
– Какой вы сложный человек, полковник.
Может, вас растрогает, если я начну плакать?
Он еще больше сузил глаза.
– Безнадежно, да? – улыбнулась я как можно очаровательнее.
– Я служу вам вне зависимости от того, гневаетесь вы на меня или нет, моя госпожа, – проговорил тидусс ровно. – Но если это вас успокоит – я принимаю ваши извинения и надеюсь, что больше не расстрою вас.
– О, – сказала я с печалью, – наверняка расстроите, полковник. Должность у вас такая. Но обещаю принять это смиренно.
