А у кого лучше подслушать о будущей войне?
Хозяин, явно из бывших солдафонов, с ручищами-бочками и оплывшим свинячьим лицом, недобро посмотрел на входящего. Охтор бросил на стол мелкую монетку, осмотрелся. Помещение было широким, закопченным, с низким потолком, длинными столами и лавками, кухней, из которой несло кислым пивом и рагу, очагом, обитым листами из брони охонгов – и проемом с брошенным на пол тонким матрасом, едва прикрытым стенкой. Такие были почти во всех подобных заведениях – не для отдыха, для пользования девок.
Четыре женщины, бледные, вялые, не поднимающие глаз, сейчас протирали столы. Они же обносили посетителей, они же, скорее всего, предоставляли и другие услуги. У очага прямо на полу сидели трое гороподобных мужиков, рвали зубами мясо и запивали его пивом.
– Пива мне, – сказал Макс хозяину. – Я работу ищу. Слышал, тебе охранник нужен. Возьмешь меня?
Владелец харчевни смачно и хрипяще прочистил горло, поднялся из-за стола.
– Венин, налей ему пива.
Одна из женщин тихой тенью скользнула на кухню. Χозяин обошел гостя, похрипел что-то уничижительное.
– Мелковат ты для охраны, странник. Зашибут.
– Проверь, – предложил Макс спокойно.
– Кешти! – окликнул хозяин одного из тройки сидящих у очага мужиков. – Разомнись-ка!
Тот, кого назвали Кешти встал, ухмыльнулся – и с удивительной скоростью для такой туши бросился вперед, двинул кулаком – Охтор отклонился вправо, поднырнул под руку, вывернул ее, придавая ускорения – и выбросил проверяльщика за дверь, с грохотом распахнувшуюся от удара.
– Повезло, – буркнул второй, оглянувшись и снова уставившись на огонь.
– Проверь, – повторил Тротт нелюбезно. В дверь вплывал грязный противник – тряс рукой и ругался.
– Ишь, ящер, – недобро прищурился хозяин. – Кешти, втроем?"
"- А то! – прогундосил гороподобный, приближаясь. Встали и двое у очага. Макс повертел головой – и едва не пропустил удар в бок. Тут уже противников он не берег – они действовали слаженно – видимо, давно наемничали вместе, но в ограниченном пространстве мешали друг другу.
Хрустели кости, летели зубы, а он уклонялся от ударов и захватов, сам бил точно, в нужные точки. Уронил одного, вырубил ударом под дых второго – и все-таки получил по лицу. В голове зазвенело, потекла юшка – и он, не глядя, вскочил за спину Кешти, запрыгнул, зажал горло, поворачивая голову в сторону.
