– Попробуй, – непререкаемо скомандовала старшая. – Полезное свойство, – она усмехнулась. – А еще, неужели только у меня при сильном… волнении крик оглушает окружающих?
– Это ты так свои истерики назвала? – ехидно спросила я.
– Марина, не ерничай, – одернула она меня.
– У меня так было, – смущенно призналась Алинка, и мы все удивленно уставились на нее. Я облегченно откинулась на спинку стула, глотнула воды. Про меня уже все забыли. Хорошо, что получилось затесаться среди других шокирующих новостей.
А нет, не все.
Мариан поглядывал на меня и так наглядно играл желваками, что понять, о чем он думает, было очень легко.
– Это когда? – строго поинтересовалась Василина.
Алинка смутилась еще больше, заморгала и начала медленно, отчаянно заливаться краской.
– П-получилось так, – объяснила она, запинаясь. – П-перенервничала, к-когда преподаватель с-строго спрашивал.
– Он хоть не калекой остался? – со вздохом спросила Василина.
– Д-да что ему сделается, – буркнула красная как рак Алинка. Мариан, единственный столп спокойствия в нашей семье, опять встал и опять налил в стакан воды.
Теперь уже для Алиши.
Игорь Иванович наблюдал за нашими семейными бурлениями с таким терпением, что очень напомнил мне Тандаджи. Дождался, пока все затихнут, и продолжил:
– Так получилось, что почти двадцать лет назад ее величество пришла ко мне. Так появилась Полина. А догадался я гораздо позже, и ни за что бы не сказал вам, если бы не обстоятельства, поверьте мне.
– Интересно, – задумчиво и суховато пробормотала Ани, даже недовольно как-то.
– Нам это тоже грозит? Не хотелось бы.
Василина о чем-то напряженно раздумывала.
– Нет, не грозит, – сказала она и быстро погладила Мариана по руке. – Я… я тебе потом скажу, – она зарумянилась и добавила шепотом. – Я общалась с Талией.
– А Поля тоже не знает? – поинтересовалась я.
– Нет, – коротко по-военному ответил Игорь Иванович.
– Да если бы знала, она бы ни за что не удержалась, рассказала бы, – прошептала мне Алинка.
Каролина все выглядывала из-за отца, рассматривая Стрелковского в упор.
– А вы ведь очень похожи, – взросло и серьезно сказала она. – Я могла бы сама догадаться, если бы нарисовала вас, Игорь Иванович. Очень похожи.
Мы дружно уставились на мужественно выносящего наши взгляды Стрелковского – и я почувствовала, как словно по волшебному щелчку с глаз спадает пелена. Потому что одна за другой в глаза бросались черты его лица, которые были просто невозможно похожи на Полинины. Рядом потрясенно вздохнула Василина.
