Жители того мира далеки от гуманности, а солдаты – тем более.
– И теперь снова встает вопрос, как предупредить власти, не сдавая тебя, Макс, – сонно высказалась Вики.
– А зачем? – резонно возразил фон Съедентент. – О Саниных видениях, подтвержденных Алмазычем и магконтролем, всем службам безопасности уже известно. Подготовка идет. Нам остается только следить за порталами и надеяться, что все же пронесет.
– Теперь нам известно примерное время. Около месяца по времени нижнего мира, – Алекс взглянул на Тротта.
– Сколько это на наше время, Макс?
– Трудновычисляемо, – буркнул Тротт. – Думаю, не больше трех. И если есть возможность безопасно сообщить эту информацию, лучше это сделать.
– Подумаем, – кивнул Алекс. – У меня ещё один вопрос, Макс. Когда тебя начало выбрасывать в этот Лортах?
– Немногим более семнадцати лет назад, как ты догадываешься, – ровно ответил Тротт. Свидерский кивнул, получив подтверждение своим мыслям. – Тогда и я стал опасен для мира.
Мне просто повезло больше, а Михею – меньше.
– Мы ведь так и не знаем, из-за чего все случилось, Макс, – очень серьезно сказал фон Съедентент. Вики зябко передернула плечами, и он, не глядя, притянул ее к себе, мягко ткнулся губами в висок. – Может, пора рассказать?
В гостиной стало так тихо, что стало слышно, как стучит об оконные стекла стылый инляндский дождик. За окнами сильно стемнело. Профессор Тротт посмотрел в эту тьму, сухо улыбнулся тонкими губами и покачал головой.
– Действительно. Пора.
И он рассказал. Не затрагивая личное, интимное – насколько это было возможно.
Глава 20
Иоаннесбург, больше 17 лет назад, август"
"Последняя неделя августа в столице Рудлога выдалась жаркой. Кроны пышных деревьев вокруг королевского дворца только-только начинали подергиваться багрянцем и золотом, и запах уставшей за лето сочной зелени уже разбавлялся сладким привкусом сухой листвы и влажных ночных туманов.
Свет заходящего солнца золотистой дорожкой бежал по поверхности тихого пруда к королевскому дворцу, отражался в его окнах, сверкал на стрелках Константиновских часов. Звучала музыка. К парадному крыльцу то и дело подъезжали автомобили, из них неспешно выбирались гости, позировали журналистам и поднимались во дворец, куда прессе хода не было.
Ее величество Ирина-Иоанна Рудлог открывала сезон балом в честь лауреатов королевской премии.
