Таким образом, развивающиеся семена долгое время остаются вне поля его зрения и в следующий раз попадают под его взгляд через несколько миллиардов лет, самостоятельно пройдя этапы выживания и укрепления или разрушения. Первичный отсев. К сожалению, нет фактов, позволяющих предположить, что с ними должно происходить дальше, потому что Сеятель только ступил на второй виток. Наш мир ещё очень молод, и, судя по всему, должен пройти свою точку разрушения или укрепления».
Он захлопнул журнал, бережно надел на ручку колпачок, посидел пару секунд и сунул журнал в сейф.
И пошел выключать свет.
- Что с остальными? - спросил он ворчливо, закрывая тяжелую дверь обсерватории на ключ.
Александр зажмурился, проморгался - после темноты обсерватории сияющий на солнце снег и белоснежные вершины гор вокруг резали глаза.
- Мартин и Виктория воюют в Блакории, Алмаз Григорьевич. Я видел их. Они поженились.
- И шестидесяти лет не прошло, - пробрюзжал Дед, направляясь вниз по склону.
Алекс улыбнулся.
- Март передает вам привет и клянется привезти после войны в подарок целую коллекцию муравьиных челюстей.
- Болтун, - с той же ворчливой нежностью буркнул Алмаз. Оглянулся на обсерваторию. Александр сделал вид, что не заметил.
- Макс все еще спит. Мы подключили их к системам жизнеобеспечения. Вы никогда не подозревали его, Алмаз Григорьевич?
- Мало ли что я подозреваю, - под ногами старика паром исчезал снег, поднимаясь в сияющее горное небо тонкими облачками.
- Мне знать надо. Как про Севастьянова. А то я подозревать всякое могу. Например, откуда на тебе черный заговор на удачу.
- А, вот что это такое, - Алекс потер середину лба, усмехнулся, двинул рукой, открывая Зеркало. - Это от моей будущей жены, Алмаз Григорьевич.
- Ну-ну, - скептически буркнул семикратно разведенный старый маг. - У вас в компании всегда так: куда один, туда и остальные. Осталось Тротта обженить.
- Это вряд ли, - хмыкнул Свидерский, выходя вместе с учителем в заснеженном хвойном лесу.
Прямо перед ними, окруженный гудящей военной техникой, полицейскими листолетами, закрытый тонкими щитами, мерцал «цветок» перехода размером с футбольное поле, и в середине его уже начал проваливаться изрисованный звериными следами снег.
- Жаль, что мы так и не нашли Черныша, - резко проговорил ректор МагУниверситета, оглядывая поле работы. - Я бы показал ему то, что сейчас начнет здесь твориться.
