Но к тому времени, как застынет долина, подойдут основные армейские соединения, и пусть враг тоже нарастит силы и успеет перестроиться - тут уже разговор будет иной.
А пока нужно тщательно замаскироваться в густом снежном лесу и методично истреблять единственных, кто способен сейчас к наступлению - стрекоз. Благо, орудий класса «земля-воздух» у Бермонта достаточно. Дать приказ гарнизонам ближайших городов готовиться на случай, если враги решат на стрекозах по воздуху прорваться к одному из них.
И делать вылазки к захватчикам по ночам.
Берманам, в отличие от иномирян, горные морозы и темнота не страшны, а для морального духа противника нет ничего хуже, чем просыпаться поутру и видеть рядом трупы соратников."
"И, конечно, сам Демьян, как глава страны и армии, должен оставаться здесь, пока враги не будут побеждены. Это другие государи могут вести войну, сидя во дворцах. Он же прежде всего боец и должен возглавлять наступление, иначе опозорит и клан Бермонт и кровь первопредка.
Как бы ни трудно было оставлять Полину одну.
Мобильная связь в горах работала с трудом, тратить ресурс мага на отправку его величества в замок и обратно было чрезмерной роскошью, да и вдруг не сможет вернуться обратно в нужный момент? Поэтому, если выдавалась свободная минута, его величество писал короткие письма супруге и матушке.
«Полина, мне жаль, что мы не успели попрощаться. Не скучай, я постараюсь, чтобы эта война не стала затяжной, но за несколько дней ее завершить, к сожалению, невозможно.
Ты вольна делать что пожелаешь, но, Полюш, ни в коем случае не вздумай приехать сюда, ко мне, даже если очень соскучишься. Я запрещаю тебе. Здесь опасно.
Целую твои руки, жена моя, и надеюсь увидеть тебя прежде, чем сойдет снег и появятся первоцветы».
К долине продолжали прибывать отряды из ближайших линдов, и линдморы один за другим представали пред королем и выказывали ему свое почтение. Были среди них и старшие сыновья берманских баронов, которых Демьян наказал нахождением в медвежьей ипостаси, пока не вернет свой облик Полина.
Как бы ни относились они к королю, не явиться на зов не посмел никто.
Прибыл и Ветьин Ровент, сын Ольрена Ровента, возглавлявшего восстание против королевы. Попросил принять его, как и полагается, поклонился, войдя в палатку короля, отчитался о количестве солдат и оружия, что прибыли с ним и поступали в распоряжение его величества.
