Но она была одна. Одна. Завтра последний день. В это не верилось.
От боли и голода все усиливалась тошнота, и я, снова схватив телефон, подошла к окну, иначе рисковала не дождаться Марию. Внизу стояли три грузовика, суетились санитары, а я смотрела на выгружаемых раненых, задыхаясь от злого бессилия и пытаясь не думать, сколько из них умрет, не дотянув до операции.
Набрав Леймина, я прислонилась к стене у окна, смежила веки.
— Да, госпожа герцогиня? — Его голос воспринимался отдаленно, будто я уже спала.
— Жак, вы все знаете… — Я покачнулась и поспешно открыла глаза. — С моим мужем все в порядке?
— Полчаса назад был жив и здоров, — проворчал Леймин. Он еще сердился на меня и говорил таким тоном, каким говорят с капризным ребенком. — Мне докладывают, что он не возвращается в форты, помогает в зачистке оставшихся инсектоидов, расчищает пространство для наступления.
Я поблагодарила и, отняв трубку от уха, снова выглянула в окно. По небу летели клочки облаков, и где-то там летал и мой змей, не зная, что я здесь.
Иначе бы он уже появился… точно сердился бы и уговаривал отправиться в Пески. И смотрел бы на меня с тоской… и я бы точно позволила себя обнять. А может, и сама бы обняла.
Я всхлипнула. Мог бы и поинтересоваться, где жена. Или ему все равно? Или он знает и злится… Может, и правда, я неправа и стоило улететь на листолете к старшей сестре?
— Нет, — твердо сказала я вслух. — Я права.
Мысли текли сонно, а я размеренно вдыхала воздух, пахнущий весной и морем.
В Песках сейчас, наверное, уже жара… Ангелина рассказывала, что драконы как потомки Инлия Белого — виталисты по крови и одним касанием могут облегчить боль. И тошноту наверняка могут убрать…
— Вот ты идиотка, Марина, — громко произнесла я и застонала. Нужно было давно попросить сестру поговорить с Нории, может, к нам в Вейн прилетела бы хотя бы парочка драконов. Но как сейчас поговоришь? Телепорты не работают, телефонной связи нет…
За спиной скрипнула дверь — вернулась Мария с завтраком.
Я обернулась — но в этот момент из окна потянуло дымом, к горлу мгновенно подкатила желчь, и я, зажимая рот, чуть не врезавшись в стеклянную створку, побежала к ванной. А там, после выворачивания, сглатывая горькую слюну и тяжело дыша, уставилась в стену, забыв о том, как хочу спать и как мне плохо. Меня осенило, как можно связаться с Ани. И пусть я была измотана, когда Вася мне об этом рассказывала, но ведь запомнила, и обязательно нужно попробовать.
