Скольжу пальцами по жесткой дорожке черных волос, убегающей под ремень брюк. Спускаюсь губами по мощной груди. Задыхаюсь от его терпкого мускусного запаха. От того, с какой силой вздымается его грудь.
Чуть царапаю ногтями. Безотчетно. Это, скорее, от переполняющего меня возбуждения. Захлебываюсь резко выделяющейся слюной, когда опускаюсь губами ниже. К пупку.
С силой сжимаю бедра. Это распаляет до невозможности.
Его огромный орган упирается мне прямо в горло. Давит на него. Требовательно дергается, упираясь еще сильнее.
Неловко, дрожащими руками, справляюсь с ремнем. Тяну вниз брюки. Давид тут же сбрасывает их одним жестом. Отшвыривает далеко от постели.
Замираю, наклоняясь над самыми его бедрами.
Его член просто огромный! Не верится, что он смог поместиться в меня этой ночью!
Рассматриваю тело мужчины.
Шумно сглатываю, наклоняясь ниже.
Облизываю губы. В нос ударяет мощный мужской запах.
– Саида…
Давид хрипло шепчет мое имя.
Зарывается пальцами в волосы.
А я рассматриваю багровую набухшую головку.
Капельку смазки, выступившую в самое серединке.
Зажмуриваюсь. Снова шумно сглатывая.
Осторожно провожу по самой головке губами. Чувствуя, как все тело Давида сотрясает могучая волна дрожи.
Обхватываю рукой.
Как завороженная, наблюдаю за мощными толчками в оплетающих его орган венах. Прикасаюсь языком. Просто облизываю. Веду по раскаленной плоти, как по мороженому.
– Ты с ума меня сведешь, – Давид крепко сжимает челюсти, когда поднимаю на него глаза, не останавливаясь. Продолжая вести языком по дергающейся головке.
Хватка в моим волосах становится сильнее.
Его глаза горят дико. Бешено. Одержимо и так голодно, что меня захлестывает от одного его взгляда.
Пытаюсь вобрать в себя жадно дергающийся орган.
Получается неловко. Почти давлюсь.
Он и правда огромный. Дыхание перекрывает. Перед глазами становится темно.
Но…
Я совсем не чувствую, будто занимаюсь чем-то порочным.
Наоборот.
Ощущение настоящего чуда. Таинства. В котором двое сливаются друг с другом.
На максимум. Без остатка.
Сметая все заслоны!
И…
От этого подгибаются ноги. Пальцы на ногах поджимаются до боли. Даже волосы, кажется, начинают потрескивать, как будто по ним проносятся разряды расплавленного тока!
И мне хочется вот так. На максимум. До предела. С ним. Сегодня.
Так, чтобы и правда смело. Снесло все планки. Все границы, что нас разделяют!
Низ живота сводит мучительно-сладкая судорога.
Пальцы Давида ласкают кожу головы.
Стараюсь вобрать его в себя еще поглубже.
