Граф в последние дни меня к себе близко не подпускает. Общается с каким-то типами, вот только срисовать их не удается. Кто такие, что он планирует…
Да где этот хренов Мориц уже? Пятнадцать минут назад должен был уже быть на месте?
Я поковырял носком сапога брусчатку и присел на оградку палисадника. На улице какая-то движуха опять. Пригнали работников, растягивают новые полотнища со свастиками. Парад какой готовится что ли? Каждый дом на улице разукрасили. Мусор собирают опять. И даже дыры в брусчатке заделывают.
Похоже, и правда что-то торжественное планируют. Надо будет завтра поспрашивать в комендатуре.
Да где он, реально?
Я посмотрел на часы. Мориц опаздывал уже на целых двадцать пять минут. Скоро уже комендантский час начнется. Может, он счел нашу встречу неважной и решил не приходить?
Бл*ха…
И небо еще так хмурится предательски, будто скоро ливанет. Я еще раз посмотрел в сторону улицы, на которой прибавилось еще пяток полотнищ со свастиками. Надзиратель требовал, чтобы на флагах не было ни единой складочки, заставлял натягивать и перевешивать.
Один из парней сорвался со второго этажа и, кажется, ногу сломал. К чему они готовятся, блин?
Я быстро отвернул голову. Услышал выстрел. К горлу подкатил ком из смеси стыда и злости. Дыши, дядя Саша. Дыши и считай до десяти. Выжить здесь в Пскове можно только если научиться вовремя не смотреть, куда не надо. Чтобы желание вцепиться в глотку ближайшему фрицу при очередном повседневном зверстве не перевесило здравый рассудок.
Я сцепил зубы и снова посмотрел на улицу.
Так и есть. Соотрядники по рабочей роте волокли тело своего неудачливого коллеги на телегу. Ну да, конечно. Зачем фрицам бесполезный тип со сломанной ногой? Один патрон дешевле, чем лечить бесполезного русского.
Я сплюнул зло. Поправил очочки, ссутулил спину. И побрел через дворы, вспоминая адрес этого Морица. Узнал на всякий случай у секретарши из канцелярии. А чтобы она вдруг не сдала, что я конкретно им интересовался, написал ей десяток фамилий и званий. Вроде не должна сдать, флиртовала она со мной вполне заинтересованно.
И, кажется, мне удалось ее убедить, что это загадочное поручение графа, смысла в котором я совершенно не вижу.
Проживать герр Мориц изволил в четырехэтажном каменном доме, фасад которого изрядно так был посечен осколками. Часть стекол заменили на фанеру, но в целом он был в неплохом состоянии. Куда делись жители, которые тут обитали до войны, лучше не думать. Три парадных. У каждой табличка-список.
