— Погодь, рано еще, — притормозил я его и снова приник к окулярам бинокля. Откуда эти фрицы выползли? И почему наш дозорный сигнал не подал?
На опушке появились первые мотоциклы. И тут же встали перед огромной лужей.
Опа! Первого догнала пуля кого-то из наших!
Остальные «серые» тут же со своих железных коней слетели и залегли кто в грязи, кто в кустах.
Я бросил быстрый взгляд в то место, где должен был над лесом затрепыхаться флажок, как только появятся немцы. Флажка не было.
Ладно, хрен знает, что там случилось.
Может дозорный наш уснул, может фрицы сквозь лес пробирались, а может заметили его и сняли, тоже ведь не первый день воюют, всякое случается. Потом узнаю.
А сейчас пора работать.
— Держи, — я бросил Сереге бинокль. — Ты куда это намылился? Приказ забыл? Сиди здесь, следи за окрестностями. Подавай знак, если вдруг еще один отряд появится.
— Да помню я! — Серега порывисто вздохнул. — Ступай с богом, Санек! Задай им жару!
Я живенько скатился с холмика в сторону берега и аккуратно двинул вдоль забора.
План обороны деревни был, конечно, не ахти какой — по дороге устроить засаду, посечь, сколько успеем из пулемета и гранатами забросать. Но дорога там не только для проезда неудобная, она и для засад не то, чтобы очень. Нет нам узких мест, где можно было бы зажать колонну. Лес, конечно, сплошной, но с дороги пешим ходом запросто можно сойти и укрыться за ближайшим деревом. Так что, как ни пытайся, всех все равно не положишь.
А тех, что дойдут, бить уже в деревне. Там засели и наши бойцы, и местные мужички, в основном пожилые дядьки и суровые бабы. Детей и прочих частично вывели в лес, частично попрятали по погребам.
За углом забора присел крепенький мужичок с двустволкой. На мои шаги дернул стволом, но за секунду буквально опознал и снова подался вперед, как сторожевая собака.
— Прут, собаки сутулые! — пробормотал он в усы. — Ох, и много их что-то в этот раз…
— Ничего, сейчас проредим, — усмехнулся я.
— Давай, вон к той избе, прикроешь меня, если что.
Мужичок понятливо кивнул, и мы принялись обходить приземистый сруб с наглухо закрытыми ставнями с двух сторон.
Ага, а вот и первые! Сначала шепоток на немецком, потом из-за забора показалась каска. Хрен, я на это поведусь, до темноты еще далеко, и мне отлично видно, что каска на прикладе винтовки держится.
— Никого нет! — раздался уже более громкий голос, и сразу же показалась голова.
