Рассказывал только про себя. И, конечно, прапорщик деликатно умолчал про учебную гранату РГД-5 в своём кармане джинсовой куртки. Начальник войскового стрельбища Помсен выговорился, поел, выпил. Жить стало легче, жить стало немного веселей…
Когда молодой человек замолчал, за столом наступила тишина. Только слышно было тиканье огромных часов. Дарья во все свои зелёные глазища рассматривала своего спасителя. Анастасия Петровна начала размышлять о сложном переходном возрасте сына. Рената Рашидовна благодарила судьбу, которая привела к её дочери этого парня.
Начальник особого отдела штаба армии прокручивал в голове только что полученную оперативную информацию. Командующий гвардейской Первой танковой армии анализировал возникший калейдоскоп — советский прапорщик, немецкие уголовники, русские школьники, сын друга и собственная дочь. Затем внимательно посмотрел на гостя, перевёл взгляд на Дарью и тихо спросил:
— Где ты его нашла?
— Папа, Тимур сам ко мне прибежал вместе с Абреком, — рассмеялась дочь генерала.
— Кто такой Абрек? — проявил профессиональный интерес Анатолий Жанович.
— Пёс полигонной команды, — показал осведомлённость жизни своих подразделений командарм и добавил: — Немецкий пастух им подарил. Ещё недавно щенком был.
— Кантемиров, неужели, в гаштет к немцам на переговоры один пошёл? — решил проявить озабоченность судьбой прапорщика начальник особого отдела.
— Товарищ полковник, разрешите не отвечать на этот вопрос, — устало произнёс Тимур и придвинул к себе чашку с чаем.
— Жаныч, не дави на парня. Не сегодня. Успеем ещё. Нам с тобой надо всё отдельно переварить, — вдруг попросил хозяин дома и посмотрел на жену. Генеральша кивнула и положила гостю кусок пирога:
— Кушайте, Тимур.
— Спасибо, Рената Рашидовна, — гость улыбнулся хозяйке дома, посмотрел на хозяина и спросил: — Михаил Петрович, если решили пока не закрывать меня в камере гауптвахты, может быть, я всё же свожу сегодня вашу дочь в ночной бар? И потом, я дал ей слово прапорщика ГСВГ.
Дочь с мамой требовательно посмотрели на отца и мужа. Генерал усмехнулся:
— Ну, если дал слово прапорщика, то разрешаю.
— Ой, я побежала переодеваться, — Дарья вскочила со стола, чмокнула папу в макушку и быстро затопала наверх по деревянной лестнице. Отец повернулся к её парню и впервые назвал по имени:
— Тимур, только без приключений. Во сколько придёте?
— В час.
— Не поздно?
— Нормально. Это ночной бар. И так уйдём в самый разгар праздника.
