А эти странные парни не только вытащили их из ямы, но ещё и сигаретами угощают. И, похоже, получают от этого огромное удовольствие и не собираются никого тащить в полицию. Офицер вдруг, как и его водитель, легонько хлопнул прапорщика по плечу и весело предложил:
— А теперь на скорость — кто первый на башню?
Они встали по обе стороны боевой машины и по команде водителя и под ободряющие крики разведчиков буквально вбежали на башню. Тимур отстал на доли секунды. Победила разведка! На то она и разведка, чтобы побеждать.
Следом запрыгнули остальные бойцы. БРДМ обдала изумлённых немцев облаком отработанного топлива и резво рванула в ночь...
* * *Наш полк только что сдал итоговую проверку. Между постоянными стрельбами днём и ночью наступил большой перерыв, так называемый «рабочий период». По договору с местной администрацией, эту мирную паузу на полях советского полигона паслись немецкие овцы из ближайшей саксонской деревни Помсен.
Но только в тех районах, где пехота отрабатывала наступление. Дальше, куда ложились снаряды и мины, пастись было запрещено. Ходить по грибы и ягоды тоже. «Ферботтен», понимаешь ли! «Хальт», «цурюк» и «их верде шиссен!»! («запрещено», «стой», «назад» и «я буду стрелять!») Пишем, сохраняя орфографию и прочее, всё как написано обязанностях часового по Уставу караульной службы.
Пас немецкую отару один пастух по имени Отто с тройкой выученных собак специальной пастушьей породы из ближайшей саксонской деревни Помсен.
Таких умных псин Тимур ещё не встречал! Пастух свистнет потихоньку (прапорщик рядом стоит, еле слышит) что-то своё немецкое — одна собачка тут же вскакивает, но остаётся на месте, вторая огибает стадо, третья несётся прямо на овец. И стадо перебирается на новое место пастбища, а собаки вновь ложатся с трёх сторон. Отто был мужик здоровый, под два метра ростом, добродушный и весьма словоохотливый немец лет под шестьдесят.
Это был один из первых немцев, с которым прапорщик Кантемиров начал постоянно практиковать свои знания немецкого языка. В общем и целом, они даже подружились. И вот сидят они как-то в один из воскресных погожих дней прямо под Центральной вышкой войскового стрельбища Помсен. Собачки за стадом смотрят, а интернациональные друзья в тенёчке той самой вышки за жизнь разговаривают. Выходной день.
