— Справедливо-несправедливо, а правила есть правила, — я пожал плечами. — Вот вас двоих действительно пора натаскивать на самостоятельных операциях. Но пока, как назло, попадаются только критические случаи, где учиться некогда. Нужно спасать.
— Мы слышали про Яну, — притих Суслик. — И про армянина того… Ашота. Это правда, что у него артерия какая-то редкая пострадала?
— Адамкевича, — раздался голос. — Да, редкий случай.
Все обернулись.
В дверях ординаторской появился Шаповалов. В руках у него была тонкая папка с документами.
Он обвел взглядом нашу компанию, и на его губах появилась привычная язвительная ухмылка.
— О, все в сборе! Отлично. Не нужно будет повторять дважды. А то я как раз собирался рассказать вам, что ваш скромный коллега сегодня сотворил. Так вот, слушайте и запоминайте. Господин лекарь Разумовский за один день вытащил с того света двух критических, практически безнадежных пациентов. Первая — политравма с разрывом селезенки, размозжением почки и острой эпидуральной гематомой.
Второй — редчайший случай спинальной ишемии на фоне перелома ребра, осложненный эпилептическим статусом.
Он сделал театральную паузу, обводя ординаторов тяжелым, многозначительным взглядом. Пончик, Суслик и Славик сидели с открытыми ртами, забыв, как дышать.
— Так что берите пример. И да, Илья, поздравляю — с сегодняшнего дня ты старший ординатор. Я подписал приказ.
— Что⁈ — я подскочил с дивана.
— То, — Шаповалов усмехнулся, явно наслаждаясь моим изумлением.
— И это не все. Госпожа главврач Кобрук лично работает над вашим внеочередным повышением до Целителя третьего класса. Документы уже отправлены в Гильдию во Владимир.
Я мгновенно насторожился.
Кобрук? Не Шаповалов, мой прямой начальник, который видел все своими глазами, а именно Кобрук, холодный администратор?"
"Интересно. Очень интересно. Это уже не просто признание заслуг. Это политическая игра. Хотя кто знает, может действовать и искренне. Но факт, что ценный инструмент для нее пока еще сохраняется.
Нужно становится независимым от них всех и тогда можно будет понять кто настоящий друг, а кто враг.
— Ура! — Пончик вскочил со своего места с такой радостью, будто повышение получил он сам. — Значит, теперь в ординатуре три штатных места! И все достанутся нам!
— Не гоните лошадей, — Шаповалов тут же окатил его холодным душем сарказма. — Вы еще ординатуру не закончили. Три места — не значит, что все трое их и получат.
