Лекарь Империи 6

— Ну что, скажем? — спросил Каменский.

— Давай ты, — кивнул барон. — У тебя лучше выходят презентации.

Каменский отставил чашку с кофе и откашлялся. Сцепил пальцы в замок — жест человека, готовящегося к важному разговору.

— Илья Григорьевич, Вероника. Мы с Ульрихом долго обсуждали ваш случай. Вернее, ваши способности, Илья Григорьевич. Ваш уникальный диагностический дар. То, как вы буквально видите болезни насквозь.

Он сделал паузу для эффекта."

"— Мы также обсуждали те ограничения, с которыми вы, несомненно, сталкиваетесь в государственной больнице.

— Это нормальные рабочие условия, — пожал плечами я.

— Нормальные — не значит правильные, — возразил Каменский. — Ваш дар, ваши знания достойны лучшего применения.

Еще одна театральная пауза.

— Поэтому мы с Ульрихом решили сделать вам предложение, от которого, как нам кажется, вы не сможете отказаться.

Ну давайте уже, хватит интриговать.

— Мы хотим профинансировать и построить для вас ваш собственный диагностический центр.

Глава 16

Я смотрел на барона фон Штальберга и графа Каменского, сохраняя абсолютно нейтральное выражение лица.

Годы работы в медицине, научили меня одному простому правилу: когда богатые и влиятельные люди предлагают что-то слишком хорошее, чтобы быть правдой, — жди подвоха.

Рядом со мной Вероника практически вибрировала от восторга.

Ее рука под столом нашла мою, сжала с такой силой, что пальцы побелели.

Мой внутренний циник был начеку

Слишком хорошо, чтобы быть правдой. В прошлой жизни я видел десятки таких «щедрых» предложений. Все они заканчивались одинаково — лекарь становился золотой курицей, несущей золотые яйца для своих хозяев.

Марионеткой в чужих руках.

Фырк на моем плече зашевелился, его усы подрагивали — верный признак нервозности.

— Эй, двуногий, — зашептал он прямо мне в ухо. — Помнишь сказку про золотую антилопу? «Дальше, дальше, еще дальше!» — и в конце жадный раджа утонул в золоте. Не стань раджой!'

— Не стану, Фырк. Но нужно выяснить, что они на самом деле хотят.

Барон нахмурился, заметив мое молчание. Его пальцы забарабанили по столу — нервная привычка, которую я заметил еще давно.

— Илья, что-то не так? Ты не выглядишь обрадованным.