Да и смысл тебя прятать? Что такого страшного?
Огонёк голосу разума почему-то не внял. Он продолжил метаться по комнате в явном поиске убежища. Только убежища по-прежнему не было, и тогда…
Страж вдруг замер, а потом подобрался и стрелой метнулся к письменному столу. Оттолкнулся от пола, добавил немного левитации и со всего маху впечатался головой в каменное яйцо-хранилице.
Меня снова пробила паника – я отлично помнила, чем похожая попытка закончилась в прошлый раз. Огонёк застрял! Он не помещался в хранилище, хотя на тот момент был гораздо стройнее.
– Прекрати! Ты что творишь? – взвизгнула я.
Поздно. Всё уже случилось. И тем невероятнее оказалось увидеть как две трети моего кота исчезают в резном камне. Снаружи остались только задние лапы и часть хвоста.
Я мысленно взвыла, готовая к тому, что сейчас снова придётся тащить, но лапы дёргались и очень медленно, но всё-таки погружались в камень. Здесь и сейчас даже упитанный сладкий пирожочек доказывал, что все коты – жидкость. Он просачивался внутрь, невзирая ни на что.
Нам с Дикарём оставалось только стоять и оторопело смотреть. Мы оба до последнего не верили, но Огонёк справился. Когда яркий кончик хвоста исчез в камне, яйцо засветилось чуть ярче обычного.
Желая проверить догадку, я перешла в состояние магической концентрации и обнаружила, что на магическом плане свечение не такое уж сильное. Увидеть, как выглядит существо, которое находится в хранилище, было и вовсе невозможно. Вот тогда-то у меня и приоткрылся рот.
– Он спрятался, – пробормотала я. – Нет, ты видел?!
Дикарь тоже пребывал в шоке.
А потом до нас обоих дошло, что нас бросили. Страж просто слинял! Предоставив нам возможность разбираться с взбешённым Лордом самим.
– Вот же нахал. Вот же гад, – выдохнула я, а Дикарь посмотрел на хранилище с неожиданной завистью.
– Ты туда точно не поместишься, а Огонёк ещё не факт, что выберется. Кстати, одно дело застрять когда ты снаружи, и совсем другое – когда внутри.
Вопреки всей напряжённости момента, на этих словах эрс повеселел.
Я же наоборот застонала, лишь сейчас сообразив, что рассказать придётся вообще всё – включая историю про Дымную туманность. Я по-прежнему не представляла знает ли Алентор про тот проход, и как вообще среагирует.
Заодно до меня наконец дошло – вернее, я сумела это для себя сформулировать! – в чём именно моя вина.
Она заключалась ровно в том, что я молчала. Держала в тайне то, о чём необходимо было давно рассказать.
