У нас не было ни земель, ни специализаций, ни толкового обучения. Мы даже не искали новичков!
Новорожденные огневики приходили в орден сами, а кто-то наоборот прятался. А необученный маг – это опасно. Мы жили странно и неправильно, но Лорд взял ситуацию в свои руки, построил первый город, дал нам понимание, как бороться с подземным огнём. Магия огня приобрела новые черты и заняла то положение, которое занимает сейчас. Мы лучшие. Мы сильнейшие!
Тослер опять взял паузу, а я подумала об очередном «но», которое сейчас будет.
Не ошиблась. Магистр действительно воскликнул:
– Но! – И палец, поднятый вверх.
Лектор смотрел на нас с толикой превосходства и насмешки. Ему явно нравились наши приоткрытые рты.
– Когда стало ясно, что один, пусть даже сверхсильный маг, неспособен контролировать благополучие всех обитаемых земель, Лорд выбрал двух соратников и инициировал их в подземном пламени.
– Ини… что? – брякнул один из уже зарыжевших «старичков».
Преподаватель фыркнул и промолчал.
Он продолжил лишь после того, как в аудитории снова воцарилась тишина.
Его тон мимолётно, но изменился, в нём появилось особенное уважение:
– С тех пор у нас три Лорда, каждому из которых подчинена своя часть земель. Нам с вами посчастливилось оказаться под покровительством лорда Алентора. Кстати, вы слышали, что его считают самым молодым из всех?
Это был крючок, на который нас с удовольствием поймали. Народ заволновался, заёрзал. Однако тут явно был подвох, и это понимали все.
Адепты молчали. А лично я безуспешно пыталась вспомнить хоть одну «сказку» о том, как меняются Лорды.
Стоп. А как они рождаются? Как меняют друг друга?
Нет, что-то точно было. Только вылетело из головы.
– Знаете почему «считают»? – вновь подал голос Тослер. – Потому что Лорды бессмертны. Они не умирают, их невозможно убить. Но когда подходит срок, когда магия ослабевает, они уходят в подземный огонь, на перерождение. Пламя забирает их память, омолаживает тело и вдыхает новые силы.
– Ну ничего ж себе, – не выдержал Морти, который сидел рядом со мной.
А я собиралась молчать. Быть тише мыши! Я уже знала, чем чревата излишняя болтливость, а с языка всё равно слетело:
– Но зачем подземному пламени это нужно? Зачем ему сильный, обновлённый Лорд?
Миг, и Тослер, который был довольно равнодушен к адептам, отыскал меня взглядом. Присмотрелся, прищурился, а потом спросил:
– Ева?
Я дёрнулась, и едва не сказала «да».
«Едва» – потому что пороху (о! ещё одно постороннее слово!) не хватило.
