– В моём случае? А он какой-то особенный? Чем он всё-таки отличается от остальных?
Во взгляде собеседника проявилась неожиданная насмешка, и Лорд отрицательно качнул головой.
– Давай-ка. Ещё три шара, и попытайся не разнести беседку, тут нет защиты.
Не разнести? Да я ни разу не попала ни в колонну, ни в торчащие вокруг неё скалы! Однако спорить не стала – я сегодня идеальная ученица, молча выполняю то, что говорят.
Я бросала огненные шары один за другим, и поражалась собственным успехам. Может дело всё-таки не во мне, а в присутствии Лорда? Ведь я делаю то же самое, что и раньше.
Один в один!
Вместо трёх шаров я выпустила шесть, и после шестого Алентор сказал:
– Хватит.
Кивнув, я вновь опустилась на мрамор скамейки и посмотрела на собеседника с опаской – а что дальше?
– У тебя есть ко мне какие-то вопросы? – Лорд заломил красивую бровь.
Ох… Вопросов накопилась тьма! Но прямо сейчас они разбежались тараканами. Я не могла вспомнить ни один, в голове было поразительно пусто. А ещё этот жар по телу и какая-то странная даже не слабость, а нега.
Алентор как-то на меня воздействует? Или что?
– Неужели так ни о чём и не спросишь? – мужчина развеселился, а я по-прежнему молчала.
Долго думала – Хозяин огня не дождался.
– Ладно, Ева. Тогда спрошу я.
Алентор закинула руки за голову и, откинувшись на спинку скамейки, вытянул ноги. Поза получилась расслабленная и вместе с тем красивая. Было неожиданно, что Лорд может держаться как простой человек.
Следующие пару минут он смотрел не на меня, а на солнце, которое успело опуститься ниже, пустив по воде красные блики – тоже своего рода магия.
Наконец прозвучало:
– Ева, ты помнишь хоть что-нибудь о своих родителях?
Внезапный и дурацкий вопрос.
Захотелось отмахнуться, только в памяти действительно вспыли воспоминания. Правда не те, которыми интересовался Алентор – я подумала о “других” родителях. О тех, что потеряли меня в ту ужасную, наполненную визгом тормозов и болью ночь.
Но сейчас это было неуместно. Кое-как сглотнув ком, который встал в горле, я отмела мысли о прошлой жизни и ответила по существу:
– Как я могу помнить, ваша милость? Я была младенцем, когда меня отдали в приют.
– На этих словах сердце пронзило болью. Стало дико жаль и себя нынешнюю, и всех покинутых родителями сирот.
Никто и никогда не должен отказываться от своих детей. Это недопустимо. Понимаю, что ситуации бывают разные, но…
– Ясно, – перебивая внутренние терзания, сказал Алентор. – Я так и думал.
