Личный аптекарь императора

Сегодня я должен доказать старшему Савельеву, что смогу защитить себя в анобласти.

К тому же сделал пару снадобий для охотника Эдика, в которого превращался. Одно сотрёт из его памяти вчерашний день, а второе — то самое зелье «Исцеления». Лучшего средства для восстановления после травм просто не придумать.

Сложив все пробирки в рюкзак, я вернулся в лавку. Максим Огнев был уже там и с нетерпением ждал меня.

— Доброе утро, Александр. Мы с Ирой уже всё подготовили, — взволнованно произнёс он и хотел расставить флаконы на прилавке, но я позвал его за собой в подсобку, а то любопытные покупатели уже окружили нас.

— Вот это лосьон от угревой сыпи, — протянул мне Максим флакон с цифрой один на крышке.

Я закрыл глаза и втянул носом эфир — идеально. Можно было бы усилить с помощью маны несколько свойств, но и так неплохо.

— Одобряю и допускаю до производства, — кивнул я.

Максим, который до этого заметно волновался, с облегчение выдохнул и протянул следующий флакон.

Исследовав все пять средств, я остался ими доволен и намекнул, что для лучшей продажи стоит запустить слух, что всё изготовлялось по рецептам рода Филатовых.

Как я уже успел выяснить, наш род очень уважают, поэтому это пойдёт на пользу.

— Больше спасибо, Александр, — пожал мне руку Максим перед уходом. — Надеюсь, теперь дела пойдут в гору.

— Можете даже не сомневаться — деньги потекут рекой. Только избавьтесь от своих прежних лосьонов и бальзамов. От них больше вреда, чем пользы.

— Так и сделаю, — он вышел из лавки и сел за руль автомобиля, который больше походил на ржавую колымагу.

М-да, похоже из-за запретов пострадали не только Филатовы. Даже в моём мире было так, что если плохо сильному роду, то вассалам ещё хуже. Они привыкли полагаться на решения и защиту лидера.

— Дед, ты обзвонил людей, о которых мы вчера говорили? — спросил я, взвешивая семена льна для пожилой дамы, которая пожаловалась на запоры.

— Да. Пригласил завтра к нам на обед. Кхе-кхе, правда придут только трое. Остальные оказались очень заняты.

— Они об этом пожалеют.

Если сейчас я готов делиться пополам, то потом большую часть буду забирать себе, — ответил я и протянул даме бумажный пакет. — С вас пять рублей. Если не поможет, я могу изготовить другое средство, но оно уже будет стоить двадцать пять рублей.

— Спасибо, голубчик, — проскрипела она и улыбнулась, обнажив голые дёсны.

Так себе зрелище. Я хотел добавить, что за три тысячи смогу вырастить ей новые зубы, но не стал. У этой старушенции явно нет таких денег.