Личный аптекарь императора

Ага, это один из рода, с главой которого мы встречались за обедом. Теперь понятно, чем они занимаются в лечебницах лекарских родов. По-моему, это унизительно, но, похоже, другого выхода они не нашли.

Мы поднялись на лифте до четвёртого этажа, и он указал нам на нужную палату. На стук дверь открыла сама Лена и расплылась в улыбке.

— Я так рада, что вы решили навестить меня. Второй день лежу, скучно, — она жестом пригласила нас войти.

Палата больше походила на гостиничный номер: широкая кровать, диван, туалетный столик, небольшой холодильник, на стене телевизор и несколько картин с пейзажами.

— Это тебе, — я протянул ей три пакета со сборами. — Витаминный чай.

— Спасибо, — премило улыбнулась она. — Сейчас же заварю.

— Что с тобой случилось? — спросил я и плюхнулся на диван рядом с Ваней.

— Немного увлеклась экспериментами и забыла создать защиту, — смущенно ответила она, подняла рукава широкой рубашки и показала обожжённые до локтя руки.

Местами кожа была коричневая и грубая, но в основном ярко красного цвета и покрыта мелкими пузырьками.

— Ты здесь второй день, но тебе до сих пор не помогли? — удивился я."

"Ей бы хватило глотка моего целебного эликсира, чтобы восстановиться. Похоже, артефакты лекарей не так уж эффективны, как и их магия.

— Каждый час приходит лекарь, чтобы своей маной снять боль, и смазывает ожоги мазями. Отец заказал какой-то артефакт из столицы. Завтра должны привезти. Надеюсь, поможет, — печально вздохнула она, но тут же спохватилась, вытащила из шкафа чайник и пошла в ванную набирать воду.

Мы выпили по чашке витаминного чая со сладостями, поговорили ни о чём и через полчаса засобирались. Как раз в это время пришёл лекарь, чтобы подлечить Лену, которая вскоре после нашего прихода побледнела и старалась не шевелиться. Скорее всего, обезболивающий эффект лекарской маны прошёл, поэтому она снова начала чувствовать всю «прелесть» ожогов.

Она призналась, что точно такие же ожоги у неё на левой ноге и левом боку. Да-а-а, хорошо прилетело.

Когда лекарь взял девушку за руку и начал напитывать её своей маной, даря временное избавление от боли, Ваня пожелал Лене скорейшего выздоровления, попрощался и вышел из палаты. Я же взглянул на часы и спросил:

— До скольких пускают посетителей?

— У меня вип-палата, поэтому до девяти вечера. А что?

— Тогда не прощаюсь, — кивнул я и двинулся к двери.