Личный аптекарь императора

"

"— А у меня экзамены завтра начинаются. Вообще в голове ничего не держится, — пожаловалась Настя, ковыряясь в тарелке с молочной рисовой кашей.

— Что ж ты раньше не сказала? Приготовлю тебе эссенцию «Менталис», — кивнул я, уплетая бутерброд с сыром и вчерашней бужениной.

— Что ещё за «Менталис»? — напряглась она.

— Поможет в учёбе. Ясность ума, быстро запоминание и тому подобное.

— Ну ладно, — пожала она плечами. — Лишним не будет.

Мы с дедом проводили Настю до гимназии и направились к лавке. Если честно, я был уверен, что там нас уже будут ждать покупатели, но даже не предполагал, что их будет столько.

Человек тридцать прохаживались у лавки, а завидев нас, заметно оживились и принялись выстраиваться в очередь.

— Шурик, ты выдавай сборы, а я встану к кассе. Так дело быстрее пойдёт, — шепнул мне дед, когда мы зашли в лавку.

Продажа пошла бойко. За первый час мы распродали почти всё, что заготовили вчера вечером. В большинстве своём люди брали не чаи, а те самые сборы от различных болей и проблем со здоровьем.

— Вон, опять пришли, — толкнул меня локтём старик, и взглядом указал на двух мужчин, стоящих у двери.

Теперь я понял, почему встревожился дед, когда они заявились вчера. По наглым рожам было понятно, что ничего хорошего от них не стоит ждать.

Прожигая нас взглядом, мужчины двинулись к прилавку.

— Кто из вас хозяин этой лавки? — грубо спросил один из них — бритоголовый со здоровенным шрамом на шее.

— Я, — твёрдо ответил дед, хотя заметно занервничал.

— Как тебя зовут? — бритоголовый опёрся руками о прилавок и наклонился к деду.

— Григорий Афанасьевич.

— Слышь, Афанасьич, с сегодняшнего дня ты будешь платить нам сорок процентов от продаж.

— За что? — опешил он.

— За то, что живёшь и продаёшь свой товар в нашем городе. А если будешь жаловаться и обратишься к властям, то сильно пожалеешь.

Он протянул руку, схватил старика за ворот пиджака и потянул к себе, прожигая злым взглядом. Это он зря, очень зря.

Я смахнул с себя травяной сор и двинулся к бандитам…

Глава 9

Я прихватил ручку старика, которой он записывал рецепты, быстро подошёл к оборзевшему мужику, перехватил его руку и резким движением заломил кисть в обратную сторону.

— Отпусти, гад! — заорал он, сморщился от боли и застучал свободной рукой по прилавку.

Второй бандит, коренастый с серьгой в ухе и в кожаной куртке, забеспокоился и полез в карман.

— Стоять! — рявкнул я и приставил острие ручки к горлу мужика.