Как рассказал сам Александр Дмитриевич Филатов, а правдивость его слов подтвердили имперские менталисты, он неоднократно нарушал запреты на использование манаросов и изготовление лекарственных средств.
Я с облегчением выдохнул. Ну хоть то, что я не Филатов, они не смогли выяснить. Это очень хорошо. А за нарушение запрета я как-нибудь отсижу.
— В связи с этим суд решил назначить ему наказание в виде…
— Остановись! — послышался громогласный голос, и все посмотрели на императора.
Тот двинулся к судьям и, вплотную остановившись у их стола, о чем-то зашептался с ними.
Все в напряжении замерли.
— Ох-хо-хо, похоже мы попали, — покачал головой дед. — Ой, что будет?
— Хватит причитать. Император справедлив, — ответил Дима.
— Ага, знаем мы, как он справедлив. До сих пор расхлёбываем, — еле слышно ответил он.
Прошло минуты две или три, прежде чем тот самый судья, который зачитывал приговор, отошел к писаке, выбрал несколько листов текста и отдал императору.
— Что ж они там решают-то? Если этого гада Распутина помилуют, то револьвер мой вынесет свой приговор, — зло процедил сквозь зубы старик Филатов.
Император внимательно прочёл листы, отдал их судье и объявил:
— Силою, данной мне законом и престолом, объявляю, что Александр Дмитриевич Филатов прощён, а наказание отменено! Также повелеваю снять все запреты и заклинания, наложенные на род Филатовых. И приказываю вернуть всё конфискованное имущество и восстановить в правах и в должностях всех членов рода!
Лекари недовольно зашептались, а дед не сдержался и прокричал в ответ:
— Благодарим вас, Ваше Величество! Клянёмся не запятнать чести и служить Империи верой и правдой!
Он встал и низко поклонился.
Мы с Димой последовали его примеру. Император с довольным видом кивнул и двинулся в сторону выхода, в сопровождении своих телохранителей.
Следом на ним ушли судьи, только через заднюю дверь. Туда же имперцы повели осужденных. К нам подошёл прокурор и предупредил, что в самое ближайшее время даст задание императорским заклинателям снять ограничение на ману.
Также сказал, что мы уже сейчас можем пользоваться манаросами, а имущество нам официально вернут только завтра.
— Вы уж там поторопитесь, — ворчливо проговорил дед. — Мне надо наше родовое гнездо в порядок привести. А то пока он был под вашим надзором, о нём никто не заботился. Не удивлюсь, если там какие-нибудь бездомные поселились. Или вандалы все стены разрисовали.
— Вы можете хоть сейчас ехать в свой особняк, но документы будут готовы только завтра.
