Оказалось, что я даже соскучился по вниманию.
В конце занятия, когда прозвенел звонок и все двинулись к дверям, Боярышкин окликнул:
— Семён Афанасьев и Александр Филатов, подойдите ко мне!
Мы с Сеней переглянулись и, дождавшись, когда все выйдут, направились к преподавательскому столу, за которым он сидел.
— Вы сегодня опоздали.
— Всего на несколько секунд, — возразил Сеня.
— Какая разница! По-вашему, я должен ждать каждого студента и смотреть на часы? Занятие начинается со звонком. Вас в это время не было в аудитории.
Я выписываю нарушение и даю задание на дом. Вы оба должны будете его выполнить к следующему занятию.
Мы с Сеней переглянулись. Похоже, мы с Боярышником не уживёмся. По крайней мере начинает он очень жестко. Ну что ж, посмотрим, как будет дальше.
— Записывайте задание, — велел он.
Мы записали то, что должны выполнить, и, не прощаясь, вышли в коридор.
— Говорил же я тебе, что Боярышниковы — никудышный род, — шепнул мне Сеня и покачал головой. — Ох и попьёт он нашей кровушки.
— Ну это мы ещё посмотрим, — улыбнулся я.
Сегодня у нас были ещё два занятия, и одно из них с Щавелевым. Он рассказывал про технологию составления рецептов лекарственных средств. Это было интересно, ведь я обычно задействовал лишь свою алхимическую способность и не опирался ни на какие таблицы и формулы.
— Пока. До завтра, — Сеня протянул мне руку, когда мы вышли из академии. — Не забудь выполнить задание Боярышникова, а то он ещё сильнее распалится.
— Не забуду, — я пожал руку и хотел уже направиться к парковке, но тут кое-что вспомнил.
— Сеня, пошли к комендантше.
— Зачем? Лена же сказала, что она на деньги намекает. А у меня нет лишних. Мы, Афанасьевы, совсем небогатый род.
— Попробуем без денег договориться.
— Ну ладно, пошли, — пожал он плечами. — Только я сильно сомневаюсь, что у нас что-то получится.
Мы снова зашли в академию и двинулись по левому коридору.
— Что ты хочешь делать? Думаешь, она тебе, что-то другое скажет? — Сеня заметно забеспокоился.
— Может быть, — загадочно улыбнулся я.
Мы дошли до кабинета с табличкой «Комендант Ершова Дарья Алексеевна».
— Останься здесь. Я сам с ней поговорю, — велел я товарищу, постучал в дверь и зашёл, не дожидаясь ответа.
За столом, заставленным кипами бумаг, сидела дородная женщина лет пятидесяти. С унылым видом она просматривала какие-то бумаги. Из радио доносилась классическая музыка. По обыкновению я втянул носом эфиры…
— Добрый день, — я улыбнулся так широко, как мог.
— Добрый, коль не шутишь.
