«Все из-за тебя, дура бестолковая, — мысленно отругала она себя. — Тебе подрезанных тормозов мало? Файер-шоу захотелось? Предупредил же тебя Кирсанов, какого болотного лешего ты накатала пост о встрече одноклассников? Хорошо хоть никто больше не пострадал! Устроила праздник».
Она вспомнила, как заслышав стрельбу в ужасе разбегались люди, как Миша Павлов скручивал руки какому-то отморозку, а потом по-хозяйски забрался в скорую и сел рядом с раненым парнем.
«Да и у самого Кирсанова вон скулы от злости сводит и желваки катаются, — заметила она.
— Нервничает генерал. Сильно нервничает. Значит, не чужой им этот парень. Только вот случайно ли он тут оказался? Действительно предупредил или это инсценировка? Кто сейчас разберет? Или у нашего генерала свои люди везде, даже в той самой банде, что охотится на меня? Нет! Чушь какая-то», — тяжело вздохнула она, пристально глядя в окно.
— Не переживай, Сань, — тихо заметил Кирсанов, сворачивая с проспекта на знакомую дорогу. — Яшма — боец злой, выкарабкается…
— Дай бог, — кивнула она.
— Только я никак не могу понять, что произошло. Откуда ваш боец знал про взрывчатку под Ровером? Как вообще понял, что сейчас вы на этой машине поедете, хотя она уж точно не ваша?
— Миши Павлова, — невзначай бросил Кирсанов.
— Тогда это по вашу душу взрывчатка. И пост в инстаграм, опубликованный мной вчера, совершенно ни при чем. Зря вы меня отругали!
Она будто снова увидела перекошенное гневом лицо Кирсанова, когда он вел ее к Ленд Крузеру. Даже не вел, конвоировал.
Помог сесть в машину, а потом просипел тихо:
— Тебя убить хотят, Саня. А ты объявления вывешиваешь, где и когда будешь! Зачем?
В тот момент она не нашлась, что ответить. Зато теперь у нее крепла уверенность, что все происходящее — театральная постановка. Может, и не ранили никого? И под Ровером просто муляж?
— Меня? — хмыкнул Кирсанов. — Мои враги действуют профессиональней, Санечка.
— Слишком много случайностей, — пробурчала она. — Что-то не верится…
— Чему ты не веришь, твою мать? — рыкнул он и затормозил невдалеке от детской площадки.
— Все еще думаешь, что это мои фокусы?
— Да! — закричала она. — Вы специально все подстроили, чтобы заставить меня куда-нибудь уехать. Сейчас начнете уговаривать пожить у вас где-нибудь в Барвихе или на Рублевке. Станете объяснять, как тут опасно, а там надежная охрана и мы с Лешиком будем в безопасности. Что, не так?!
Кирсанову хотелось залепить ей рот поцелуем и одновременно открутить голову.
