— Ухи заболели, меня вырвало, и я уснул, — печально вздохнул он.
— Не ухи, а уши, — поправила сына Александра.
— Главное, что ты поняла, мама! — нисколько не смутившись, воскликнул он и повернул к Кирсанову любопытную мордашку. — А где ты живешь?
— Хороший вопрос, — пробурчала себе под нос Александра и тоже с интересом уставилась на Кирсанова.
— На Тверском бульваре, Сань, — пояснил тут же Кирсанов и добавил для Лешика: — Скоро приедем, Алексей, и ты сам все увидишь.
— А я буду жить в отдельной комнате?
— Да, — кивнул Кирсанов.
— А там обои с мишками или с зайчиками? Я с зайчиками не люблю!
— Там обычные, взрослые обои, Леш, — усмехнулся Кирсанов. — Но мы с тобой можем выбрать любые другие, — покосившись на Александру, он заметил поджатые губы и добавил миролюбиво: — Если твоя мама не станет возражать.
— Лешик, — улыбнулась сыну Александра и терпеливо напомнила: — Мы приехали в гости.
— Да хоть насовсем, Сань, — пробурчал Кирсанов и, посмотрев на часы, велел: — Петрович, ты меня около конторы высади, пожалуйста.
Все по дороге. Слава, Александру Андреевну к нам домой доставишь в целости и сохранности. И побудь там, пока я не вернусь.
— Слушаюсь, — кивнул Слава и осведомился тревожно: — А вы сами, шеф?
— Да кому я сдался, Асисяй?
Машина проехала мимо храма Христа Спасителя и завернула на широкий проспект с аллеей посередине. «Гоголевский бульвар» — прочла Александра надпись на одном из домов. Потом автомобиль привычно свернул в один из переулков и остановился около внушительного серого здания с красной вывеской.
Кирсанов выскочил на мороз, забыв куртку, и понесся вверх по гранитным ступенькам, перепрыгивая через одну. А Петрович вновь направил мерседес в поток машин и вскоре припарковался около светлой многоэтажки, украшенной колоннами и лепниной.
— Станция Березайка, кому надо — вылезай-ка, — улыбнулся он Леше.
Малыш захихикал и неожиданно отказался надевать куртку.
— А папа пошел так, — пробурчал он.
«Начинается!» — мысленно разозлилась Александра. И поднимаясь вместе со Славой в просторном панорамном лифте, отчего-то решила, что ее ведут на заклание.
Около внушительной металлической двери на пятом этаже ординарец Кирсанова остановился и нажал на кнопку звонка.
«Там кто-то есть! — в панике охнула Александра. — Почему же Кирсанов меня не предупредил!»
Она взяла сына за руку и постаралась успокоиться. Подумаешь, приехали в гости к незнакомым людям!
«И Кирсанов хорош, мог бы проводить, а потом бежать на службу», — в сердцах бросила она.
