Цель поставил, препятствия устранил».
За своими мыслями она не заметила, как чуть не наткнулась на каких-то парней, явно приехавших в Москву на праздники.
— Сашенька! — воскликнул один из них. Высокий худой, в кашемировом пальто. Александра рассмеялась, радуясь встрече, а он по-свойски чмокнул ее в щеку.
— Привет, Артем, — улыбнулась она. — Как поживаешь?
— Да вот едем с пацанами в Доломитовые Альпы. Специально один день на столицу выделили! А ты?
— А мы гостим у родственников, — пробормотала Санька, не желая вдаваться в подробности.
Она внимательно посмотрела на сына, перебежавшего к другой басне и уже натирающего ладошкой пятачок у свиньи, а потом оглянулась по сторонам в поисках Кирсанова. И не нашла его.
— А где Лёхес? — дурниной заорал Артем и завертел головой. — Эх, Сашенька, знай я, что встречу тебя здесь, ни в какие Альпы не поехал бы.
— Езжай, Артем, — улыбнулась она. — Ты же любишь кататься на лыжах.
— После праздников встретимся, — закивал башкой он. — Слышал, вы с Валероном расстались.
— Есть такое, — хмыкнула Александра, понимая, что на весь мир сообщила о своих личных проблемах.
— Ну и отлично, — развеселился Артем и, наклонившись к подбежавшему ребенку, подал руку как взрослому. — Привет, Лёхес!
— Привет, Тема! — захихикал Лешик и озабоченно поинтересовался у матери: — Мам, а где папа?
— Он где-то здесь. Отошел по телефону поговорить, — объяснила Александра сыну и добавила успокаивающе: — Сейчас мы его найдем, Лешик.
— Ты не одна, — напрягся Артем. — Я опять не успел?
— Как-то так, — неопределенно пожала плечами Александра и уже собралась попрощаться, как ее за руку затеребил сын: — Мама, ну где же папа?
— Мне пора, Тем, — пробормотала она и, развернувшись, налетела на стену.
«Кирсанов, твою мать», — выдохнула про себя, утыкаясь носом в стеганую генеральскую куртку.
— Поговорила? Можем идти? — поинтересовался он непринужденно.
Затем неторопливо усадил сына в санки и, взяв Александру за руку, направился домой.
Дорогой она молчала, а Кирсанов посчитал дурным тоном расспрашивать.
«Хотя что там узнавать? Все и так слышал прекрасно. Чуть шагнул в тень и сразу стал невидимым для подслеповатой Саньки и ее кашемирового друга, — мрачно подумал Кирсанов. — Тот еще целоваться полез, долбоящер хренов. Да тебе один раз двинуть несильно… Жаль руки пачкать. Но похоже, наша Александра Андреевна предпочитает утонченных парнишек.
