Осторожно ступая тонкими кожаными подошвами по бело-серой кашице, тотчас образовавшейся около крыльца, Сергей Юрьевич погрузился в черный «Мерседес», бывший в его распоряжении в столице, и пробормотал, тяжело вздохнув:
— Поедем домой, Петрович.
Невысокий коренастый водитель только кивнул и, привычным жестом водрузив на крышу мигалку, резво рванул с места. Кирсанов рассеянно уставился в окно, пытаясь еще раз уяснить себе, что все-таки происходит. Но в голове не укладывалось. Ни-че-го. Как вообще такое могло произойти?! Он сначала даже не поверил, решил, что Гоголь его разыгрывает.
Но лицо шефа, изрытое морщинами, никоим образом не походило на лицо клоуна. Тон, обрывочные фразы и недобрая ухмылка — все говорило о том, что бойцы «Секиры» вляпались по-крупному.
— Теперь прогрессивной общественности хочется крови, — поморщился Егоров. — Хотят твою голову на блюде, — хмыкнул он. — Вишь, как подводят гады. Раз в подразделении строгая дисциплина, значит, командиру все известно. Стало быть, ты, Бек, тоже при делах.
— Ну, конечно, — не сдержался Кирсанов. — У нас же коллективный мозг! Я ж в любой момент времени точно знаю, кто о чем думает!
— Как бы то ни было, это твоя недоработка, Сережа, — просипел Гоголь. — Государство бешеные бабки тратит, чтобы подготовить одного бойца. А тут…
— Я хочу поговорить с ними, Николай Васильевич. До сих пор не верю, что они виноваты! Эркюль и Песо — нормальные ребята. Я бы с ними в разведку пошел. То есть ходил неоднократно!
— Ты думаешь, Бек, это все шутки?! — гаркнул Егоров.
— Я тебе русским языком объясняю — гнилая ситуация. Даже не смей соваться туда. Материалы дела вон у меня на столе. Хочешь, ознакомься. Только сам знаешь, ни выносить их из этого кабинета нельзя, ни обсуждать с кем либо, кроме меня. Ты же понимаешь, что не официальным путем ко мне эти сканы попали…
— Да, — скривился Кирсанов. — Разрешите ознакомиться!
— Валяй, — махнул рукой Гоголь и занялся своими делами, исподволь поглядывая за реакцией подчиненного.
— Выходит, сами идиоты, — пробурчал недовольно Кирсанов.
"
"— А я тебе о чем битый час толкую! И в этой ситуации меньше всего хочу потерять тебя. Но сейчас же дикий вой начнется, — поморщился он. — А сдать твою башку — самое простое решение. Могу заслать тебя куда-нибудь подальше. Поезжай в Венесуэлу советником, а? — довольно крякнул Егоров. — Место теплое… Задним числом командировку оформим. Уехал неделю назад. Ничего не знал, не состоял, не участвовал.
— Я и не знал, — рыкнул Кирсанов. — Зуб даю.
