«Пижама или ночная рубашка, — приуныл Кирсанов и искоса глянул на щиколотки, выглядывающие между чуть разошедшимися полами халата. — Как занавес в театре, — хмыкнул Кирсанов. — Только сегодня ждать представления не приходится!»
— Я не совсем понял, — опешил он, а она замялась."
"Эта девчонка явно играла не поправилам. Выводила его из себя выдержкой и отсутствием обычного набора дамских заморочек. Глазки не строила, глупышкой не прикидывалась, не просила прикурить, даже обнаженкой пренебрегла.
«Хоть бы ножку голую вперед выставила, — сварливо подумал Кирсанов.
— Я бы не возражал. А лучше бы топлес явилась. В маленьких стрингах… на каблуках… Остынь, слышишь», — мысленно предупредил он сам себя и добродушно заметил:
— Санечка, давай обойдемся без политеса. Поделись, что тебя мучает, а я постараюсь помочь.
— Я не знаю, Сергей Юрьевич, — тихо, но четко изрекла она. — Мне не совсем удобно задавать вам такие вопросы, но больше спросить не у кого. А вы настоятельно зовете меня замуж. Я понимаю, что это из-за Леши, но тем не менее.
— Что именно тебя интересует? — напрягся Кирсанов, подобных допросов от дам он старался избегать.
«Сейчас начнется «где и когда вы родились?», — в глубине души насторожился он, пытаясь заранее догадаться, что именно она может спросить. — Про семью? Бывших жен? Внебрачных детей?»
Отвечая на первый вопрос, он давным-давно научился съезжать с темы.
«Детдомовский я, сирота казанская!»
— Какие у вас были отношения с Дашей? — прямо в лоб шарахнула Александра.
— У нас разница два года, но мы мало обсуждали своих кавалеров. Наверное, так нас воспитали, — пожала она плечами. — Я узнала о вашем существовании примерно за три месяца до рождения Леши. Знаю точно, что Даша звонила вам, потом приезжала лично, а вы ее не приняли. Я сейчас опускаю все моральные аспекты и хочу знать только факты. Какая ваша версия событий, Сергей Юрьевич? — выдохнула она и внимательно глянула на него. От одного вида настороженных глазищ Кирсанова проняло. Захотелось обнять, утешить, наплести всякой чепухи, но знаменитая чуйка подсказывала: сейчас отбрехаться не получится.
Лучше сказать все как есть…
— Видишь ли, Санечка, — тяжело вздохнул Кирсанов. — Мне в этой пьесе отведена роль негодяя. Ну так всегда бывает, когда девушка остается в интересном положении. Я не спорю, много дров наломал. Где-то сам отмахнулся, где-то случай помог. Но только у нас с Дарьей все начиналось, как курортный роман. Мне развеяться хотелось, ей приключений.
