Когда я добираюсь до выхода, где-то впереди уже один за другим грохочут выстрелы. Чувствую себя медленным тюленем, соревнующимся с дельфинами.
В коридоре вскидываю руку с пистолетом, но понимаю, что выстрелить не получится. Дэки всё-таки догнала его. Перед самым поворотом коридора. И теперь ожесточённо работает ножами, нанося удар за ударом. Впрочем, противник тоже активно отбивается. Пока добираюсь до них, оба успевают сделать не меньше десятка выпадов. Как минимум дважды девушка достаёт противника. Каждый из её ударов мог бы убить обычного человека.
Но у этого явно усиленный скелет.
Когда оказываюсь на расстоянии двух метров, Дэки делает рывок назад и в сторону, вжимаюсь в стену рядом со мной. Противник видимо не ожидает такого манёвра и я успеваю открыть огонь. Первая пуля отправляется ему в лицо. Не убивает, но точно дезориентирует. В конце концов, даже если череп усилен, то удар по нему пулей с такой скоростью должен буквально отбивать мозг внутри. Высаживаю весь магазин в упор. Когда вижу отъехавший назад затвор, разжимаю пальцы, роняя пистолет на пол и тянусь к ""Сове"".
Вижу метнувшуюся вперёд Дэки. Коленом опускается на грудь противника и начинает работать ножом. Делаю два шага вперёд, оказавшись рядом с ней. Наблюдаю, как она полосует горло, с натугой перерезая серебристые сосуды. ""Леонид"" слабо трепыхается, пытаясь её сбросить. Наконец добирается до артерии. Кровь выплёскивается сильными толчками, а наш противник начинает затихать.
За поворотом коридора слышатся крики. Охрана.
Оборачиваюсь назад. В коридоре стоит Егор, с недоумением на нас смотрящий. Святка нет. Вытаскиваю из разгрузки светошумовую гранату и отправляю её за угол. Взрыв. Кто-то из часовых выпускает очередь, всаживая пули в стену. Засовываю ""Сову"" на место и наконец беру в руки автомат. Что теперь делать? Устроить перестрелку с охраной - так себе вариант. К счастью, через секунду в коридоре появляется местный лидер, руки которого почему-то перепачканы в крови. Подойдя к углу, орёт ""Отставить!"". Видимо поняв, что его не слышат, высовывает из-за угла пустую руку.
На что солдаты отвечают автоматным огнём.
Матерится. Трясёт кистью, зацепленную пулей по касательной. Снимает с себя шерстяной пиджак и высовывает его. На этот раз звучит всего одна очередь, но пиджак приходится убрать. Снова орёт, выдавая тонны забористого мата. Наконец в коридоре появляется кто-то, улавливающий звуки. Расслышав своего шефа, осаждает охранников, примчавшихся первыми и потерявших слух.
