Павла с Василисой, которые уже поднимаются наверх, оставляю прикрывать лестницу и коридор, ведущий в заднюю часть дома.
Противник показывается, как только мы выходим наружу. Блестящие металлические хреновины, одна за другой выныривающие из джунглей. Разряжаю в их сторону подствольный гранатомёт и кричу, приказывая остальным сделать то же самое, после чего переключаться на «Единорогов».
Впрочем, разрывы гранат не наносят ощутимого вреда. Несколько железяк разбрасывает в разные стороны, но насколько я вижу, ни одна из них не уничтожена.
Матерясь срываю со спины винтовку, отшвыривая в сторону штурмовой комплекс. Первые из противников, как раз оказываются под нами. Ожидаю, что они вломятся на первый этаж дома или откроют ответный огонь, но один из них внезапно резво прыгает вверх, за секунду оказавшись напротив меня. Спасают инстинкты — делаю рывок назад, вскидывая винтовку, и успеваю вжать спусковой крючок раньше, чем он наносит удар двумя длинными клинками, выходящими из обеих рук.
Попавшая в корпус пуля сносит цель вниз.
Насколько я успеваю заметить, пробив при этом его защиту. Рядом стреляет из «Единорога» Данил. А вот чуть замешкавшийся Игорь чуть не становится жертвой ещё одного металлического противника, взлетевшего на балкон. Робот почти успевает нанести удар, но получает от меня пулю в голову и пропадает из виду. В этот раз успеваю рассмотреть цель куда лучше — узкий корпус, вытянутый округлый череп, длинные конечности. Как будто кто-то скрестил между собой богомола с человеком, воплотив полученный результат в металле.
Отстреливаем ещё двух дроидов, которые пытаются залезть на террасу. Потом, оценив численность боевых единиц противника, которые вываливаются из леса, приказываю отступать в комнату. Может эти металлические поделки не слишком бронированные, но из леса только что вылезло полтора десятка новых «стражей порядка». Такое количество нам не потянуть. Перед тем, как рвануть внутрь дома, успеваю бросить вниз осколочную гранату.
Взрыв гремит, когда мы уже оказываемся в помещении.
Краем глаза вижу напряжённое лицо Василисы, держащей под прицелом лестницу и периодически бросающей взгляды в сторону окна. Единственный, кто не теряет присутствия духа — Марк, безмятежно отхлёбывающий из бутылки, расположившись за барной стойкой.
Развернувшись в сторону террасы, быстро меняю магазин в «Единороге» и жду появления противника. В голове мелькает мысль о том, что если бы роботы были оснащены огнестрелом, нам бы сейчас пришлось туго.
