Прикидываю в голове, может ли в офисе что-то загореться от взрыва термобарической гранаты. Предбанник полностью уцелел, но тут, по сути, везде голый металл. А в блоке немало пластика, плюс может оказаться что-то ещё из горючих материалов.
Размышления прерываются возмущённым криком и звуком короткой очереди со стороны противника. В целом, ничего необычного. Только вот, в этот раз, огонь ведут совсем не по нам. Когда до моей головы доходит этот факт, удивлённо замираю, ожидая развития ситуации.
Первая мысль, которая приходит на ум — кто-то из бравых защитников станции попробовал сбежать и был благополучно ликвидирован.
Хотя, можно предположить и несколько иных вариантов, но, на мой взгляд, они не так вероятны.
Через секунду из помещения раздаётся мужской голос.
— Предлагаю выдохнуть и поговорить. Давай обсудим расклад, который у нас получается.
Отвечаю, почти не задумываясь.
— Извини, но вести переговоры с теми, кто сознательно пустил под нож миллиарды людей, я не собираюсь. Многое могу понять и сам в крови по уши.
Но убивать всех из-за своей съехавшей крыши — это клинический диагноз.
Сделав короткую паузу, продолжаю.
— Поэтому мы просто пройдёмся по станции, уничтожая всех членов экипажа, одного за другим. А потом свернём вашу шарашку раз и навсегда.
Секунд пять стоит тишина. Потом собеседник, уставшим голосом уточняет.
— Я только что пристрелил одного из этих уродов. Всё, что хочу обсудить — условия сдачи и сворачивания проекта.
Глава XXVI
Несколько мгновений, в недоумении размышляю о том, что у них там происходит.
Потом решаю уточнить, кто именно со мной разговаривает. Кричу в ответ.
— Какие у тебя полномочия для принятия решений? С кем я вообще говорю?
Секундная пауза, после которой слышится ответный крик.
— Полковник Игнатов, международная орбитальная группировка. Здесь возглавлял СБ. Это моих людей вы положили в четвёртом секторе.
Переглядываюсь с Феликсом, который настороженно прислушивается к происходящему, явно ожидая подвоха. Вздохнув, детализирую дальше.
— А какого хера тогда хочешь сдаться?
В этот раз тишина длится секунд пятнадцать. Похоже, экс-офицер пытается сформулировать ответ. За это время кто-то из присутствующих в комнате людей пытается что-то сказать, на что «безопасник» отвечает яростным окриком. Ещё через пару мгновений, наконец, отвечает.
— Я уже сказал — эти пидоры хотели прочипировать меня и ещё часть персонала комплекса. А если говорить о глобальном, то суки больше не заслуживают доверия.
