После того, как все занимают позиции, самолёты выкатываются наружу и один за другим поднимаются в воздух. Громадные ворота, соединяющие наш бункер и посадочную полосу, оставляем открытыми. Помимо Вихрова, контролировать их больше некому. А истребителям придётся не раз приземляться и снова взлетать.
Когда выходим на крейсерскую высоту расслабленно разваливаюсь в кресле, уткнув взгляд в иллюминатор. Впрочем, через минуту в голову снова начинают лезть мысли о «станции вечности» и я перемещаюсь к «Урану». Надо как-то отвлечь свой мозг от лишних размышлений.
Усевшись рядом, спрашиваю.
— Как продвигаются исследования?
Робот поворачивает голову и пару секунд думает, прежде чем выдать ответ."
"— Работаем. Возможно подберёмся к тому, чтобы вырубить мутантов на расстоянии. Или формировать у них ощущения жёсткого дискомфорта. Павел надеется и вовсе написать вирус, который будет их нейтрализовать за какой-то промежуток времени, при этом передаваясь командирам и от них — всем особям, с которыми те держат связь.
Хмыкаю, оценив масштабы идеи. При наличии такого вируса, было бы достаточно заразить одного из «зомби», чтобы в перспективе уничтожить целый отряд в полном составе. А если «шаман» войдёт в контакт с другим, то зацепить и ещё одну группу. При должной удаче, можно совсем избавиться от противника, заразив одного единственного их бойца. Чуть подумав, уточняю.
— На каком этапе находитесь?
«Уран» издаёт лёгкий скрежещущий звук, который, судя по тональности, можно интерпретировать, как вздох.
— Пока занимаемся базовым анализом и экспериментами. Наловим в Самаре новых мутантов и будет ещё материал для работы. В Жигулёвске у нас только сами чипы и часть пленных, которые остались в живых. С «изъянами» дело должно пойти намного быстрее.
Обдумываю, как бы у него уточнить, что они такого делают с пленными, что те дохнут. И зачем вообще нужны какие-то опыты на живых, если изначальная цель — уничтожение мутантов. Но робот начинает говорить первым.
— Если соберёшься отправляться на станцию, предупреди, хотя бы за сутки, чтобы мы организовали прощание. Это просьба от всех членов группы. Остальные просто опасаются к тебе обратиться.
Сначала удивляюсь. Потом до меня доходит, что тут явно что-то не так. Сомневаюсь, что Анна побоялась озвучить мне такое предложение. Или Павел. Впрочем, как и любой из ветеранов. Вероятность того, что они выбрали робота в качестве, своего рода, «посыльного» — крайне низка.
