Повторяю свою сентенцию об уничтожении всех мятежников и гарантированной гибели их семей. Предлагаю каждому из тех, кто решил выступить на стороне заговорщиков, сложить оружие. В таком случае обещаю сохранить жизнь его родным, а возможно и ему самому.
Не знаю, насколько это возымеет эффект, но, думаю, определённую сумятицу в ряды противника точно внесёт. Когда заканчиваю, в штабе уже собираются все пять комбатов и мы приступаем к обсуждению операции по восстановлению порядка. План формируемый на ходу, достаточно прост — начать медленно продвигаться в направлении центра города.
В случае сопротивления — откатываться назад и задействовать для уничтожения противника авиацию.
Но перед этим нужно выяснить, с какой именно численностью противника мы можем столкнуться. Пока комбаты выдвигаются в расположение своих частей, начальник штаба пробует установить связь с остальными бригадами. Первыми отвечают вторая и третья — это как раз те, что можно отнести к числу «союзнических». Обе развёрнуты сейчас на границах.
И в обеих, командиры заявляют, что в принципе не против принять активное участие в наступлении на центр города, но вот выделить для этого достаточно сил не могут. Иначе придётся оголить оборону на границах, что чревато проблемами с соседями.
Остальные упорно игнорируют попытки выйти на связь. Как я предполагаю, сейчас офицерский состав каждого соединения, теми или иными методами решает, чью сторону занять. Либо просто ждут, кто начнёт одерживать верх, чтобы потом присоединиться к победителям.
Уже готовимся выдвигаться, когда на связь выходит пилот одного из истребителей.
— На радаре самолёт. Движется в нашу сторону. На военный не похож — скорость слишком низкая. Минут через пятнадцать будет над городом.
Глава X
Выматерившись, отдаю приказ перехватить самолёт и заставить его приземлиться в аэропорту. В случае угрозы с его стороны — сбить. Сейчас в воздухе три истребителя, одного для этой задачи вполне должно хватить.
Задача остальных — поддержать продвижение гвардии."
"Впрочем, пока ещё идёт подготовка батальонов к наступлению. После нашего, совместного с «князем» обращения, на связи появилось несколько комбатов из других бригад, которые выразили свою поддержку. Сейчас начштаба первой пытается скоординироваться с ними. А я, незаметно превращаюсь в полноценного командира всей этой операции, отдавая приказы. Что самое странное — мне подчиняются, как будто так и надо.
