Столкнуть с этими тварями каких-то иных мутантов? Было бы неплохим вариантом, будь у нас какой-то вид, могущий размножаться с такой же скоростью и опережающий их в плане боевой мощи. Судя по описанию бывшего жителя Тбилиси, эти новые уроды намного опаснее тех же «оборотней». И размножаются куда быстрее. Так что у «волколаков» нет ни единого шанса. «Шаманам» для пополнения своих отрядов, и вовсе нужны живые люди. Все остальные, точно не подходят. Есть ещё новый вид, обнаруженный в Краснодаре. Но, сомневаюсь, что они смогут противостоять этой угрозе на равных.
Останавливаюсь, поняв, что какие-то толковые идеи отсутствуют. Вопрос о том, что сейчас делать, так и остаётся открытым. Возвращаясь мыслями к Краснодару, думаю о том, что после переброски вооружения и усиления нашего гарнизона, нужно будет сообщить им о надвигающейся угрозе. Пусть займутся укреплением города или выберут какой-то иной способ, чтобы попытаться спасти свои жизни.
Откинувшись в кресле, продолжаю ломать голову, ожесточённо цепляясь за каждую безумную идею, которая приходит в голову.
Через час понимаю, что мозги уже не выдерживают нагрузки и пытаюсь переключить мысли на что-то ещё. Собственно, в этих бесплодных попытках и проходит оставшаяся часть полёта. Несколько раз со мной пытается заговорить Лана, но натыкаясь на односложные ответы, в конце конце успокаивается, обиженно затихнув на своём кресле.
После того, как приземляемся в Самаре, первым делом отдаю приказ собрать ветеранов для совещания. И с удивлением слышу в рации голос Павла.
На всякий случай оглядываюсь вокруг. Нет, мы точно в Самаре. Сразу же уточняю у парня, что он тут делает. «Ренегат» отвечает, что поменялся местами с Анной. Девушка отправилась в Жигулёвск, а он координирует наши действия здесь. Обоснование очень простое — совместные с «Ураном» исследования. В голове сразу появляются мысли о том, что всё это выглядит как-то странно со стороны. Возня этой пары с чипами мутантов, опыты на пленных, теперь ещё эксперименты с живыми «ментальными зомби».
Вроде бы и ничего такого, но помимо своих изысканий, они ещё и начинают постепенно выходить из под моего командования. Когда командиры среднего звена, без твоего ведома решают поменяться местами — это пахнет потерей контроля и отсутствием дисциплины. Что сейчас, для нас может быть смертельно опасно.
Когда все ветераны «Бродяг» собираются, оказывается, что вместе с Анной, в Жигулёвск отправилась и Кира. Хотя бы одной головной болью стало меньше.
