И чем это не повод для дополнительной симпатии со стороны юной леди?"
"Одно плохо – план по осыпанию «любимой» адептки подарками занимал меня гораздо больше, чем дела государственной важности. Я даже съездил в Академию, чтобы внезапно для всех прочитать лекцию у первого курса – Марго была рассеяна, но мила.
А после лекции – всё! Я наступил на горло собственным желаниям и, вернувшись во дворец, погрузился в работу. Предстояло два совещания с моим участием, знакомство с тремя новыми законопроектами, а поздним вечером – приватная встреча с королём Дитрихом.
Когда сумел отогнать мысли о Маргарите, работа пошла гораздо веселей.
Я отсидел совещания, рассмотрел проекты, выпил чаю с матушкой и даже проведал предателя-Клёкота, который, словно ни в чём не бывало, вернулся в свою башню.
Я напомнил, как вчера он ослушался моего приказа, и грифон зажмурился, словно ребёнок – мол, я не я и вообще не здесь.
– Ну-ну, – процедил, хмыкнув.
А глупость заключалась в том, что злиться или ругать Хранителя всерьёз я не мог.
Королям не положено сомневаться, и я обычно следовал этому правилу, но прямо сейчас не сомневаться не получалось. Маргарита находилась в опасности, Клёкот пришёл ей на помощь, как можно его ругать?
Я должен благодарить грифона, но сам факт того, что он унёс леди от моего праведного гнева, не нравился категорически!
А если она снова ввяжется в какую-то историю?
Впрочем, нет. После вчерашнего точно исключено.
А ещё я понял, что обязательно пожалуюсь Филинии. Расскажу о приключениях её любимой внучки, едва герцогиня Сонтор закончит решать проблемы в герцогстве и вернётся к нам.
Она точно будет зла. Зато однозначно сумеет повлиять на эту малолетнюю пигалицу. Приключений ей, видите ли, захотелось. Будем объективны – Маргарита может найти приключения и здесь, в столице. Для этого достаточно просто обратиться ко мне.
Мысли о Марго оказались чересчур приятными. Такими, что к моменту прибытия Дитриха, я с трудом сумел придать лицу серьёзное выражение.
Сосед и союзник явился телепортом, в компании начальника своей магической охраны – мрачноватого сутулого Азиуса.
Слуги проводили обоих в мой кабинет, где возле тлеющего камина уже стояли дополнительные кресла и стол с закусками и напитками.
Первое, о чём спросил Дитрих:
– Как лорд Паор?
– Плохо, – ответил я. – Лекари стараются поддержать его жизнь, но лорду осталось недолго.
– Очень печально, – отозвался Дитрих.
Мы помолчали несколько секунд и перешли к делам.
