– В случае опасности со стороны Георга обязательно воспользуюсь.
– Если будет приставать – тоже зови, – сказала Мирра решительно. – Я засвидетельствую.
– Что засвидетельствуете?
– Компрометирующую ситуацию, что же ещё!
Тут снова пришлось соображать.
Это было так несовременно, так необычно для моего мира, что смысл сказанного дошёл не сразу. Ведь правильно понимаю, что мужчина, скомпрометировавший юную невинную леди, обязан на ней жениться?
– Но к королям это не относится? – уточнила я тихо.
Что сделала королева-мать? Она выставила раскрытую ладонь! Мол, не волнуйся, Маргарита.
У меня и к королю отнесётся! Ты только просигнализируй, а дальше уж я сама.
У меня от такого поворота рот приоткрылся. Но сказать что-то ещё я не успела – в гостиную вошёл Георг.
Георг
Я посмотрел на Тонса с тоской:
– Ты шутишь? Или просто издеваешься?
Побратим виновато развёл руками.
– А куда я должен был её отвести?
– Куда? – в моём голосе прозвучало страдание. – Тонс, дворец огромен! Почему ты выбрал именно мою матушку? Почему к ней?
Тонс снова развёл руками, давая понять, что иного варианта действительно не придумал.
– Ладно, – пробормотал я и, махнув побратиму, зашагал в сторону покоев королевы-матери. Мой триумф плавно сходил на нет.
А ведь как хорошо всё начиналось! Я поймал леди Маргариту на горячем, это открывало такой простор для манёвров, а теперь сплошные загадки и проблемы.
Я даже выругался вполголоса! Но тут же взял себя в руки и продолжил путь.
По дороге вспоминал Дитриха.
Они с Азиусом покинули дворец в сопровождении доверенного отряда и направились в посольство Откейма. Прежде чем попрощаться, я, тщательно подбирая слова, рассуждал о родословной Маргариты.
В частности, о матери этой весьма неоднозначной девушки. Я сделал всё, чтобы Дитрих списал произошедшее на внебрачные связи Паора. Впрочем, других разумных объяснений и нет.
А неразумными я ни с кем не поделюсь!
Пусть Дитрих союзник, практически друг, но раскрывать суть произошедшего нельзя категорически.
Марго действительно может являться родственницей Паора, ведь в жизни всякое случается, но я практически убеждён, что дело не в этом. Слишком свежа в памяти изъятая из галереи картина – то, что случилось, не укладывается в голове.
Паор и Марго посторонние! Но семя дара пришло к Маргарите, отдалось в её руки, признало хозяйкой. Можно убеждать себя, что это первый и последний раз, но существует странная картина, к тому же есть наглядная ситуация с артефактами.
