Ну и сама личность «сопровождающего»…
Прямо сейчас татуировка молчала, но это не отменяло тревожного ощущения, что с королевским побратимом что-то не так.
Он вызывал противоречивые чувства. С одной стороны нравился, потому что симпатичный и обаятельный, а с другой – я ещё не забыла претензии, высказанные за обедом.
И вообще – откуда он знает про семена?
Меня охватила этакая зудящая тревога. Возникла мысль воспользоваться маячком и призвать Георга, но…
Учитывая вопиющее поведение короля, его испепеляющие взгляды и тиранию последних дней, до нужной татушки моя рука так и не дотянулась.
Вместо этого я сцепила зубы и решила – раз Тонсу доверяют Георг и королева-мать, то я тоже доверюсь.
Более того, объективно у меня нет поводов в чём-то его подозревать.
Поводов нет, однако, прежде чем запихнуть в ученическую сумку шкатулки с семенами, я надела на себя все «подаренные» Георгом артефакты.
То есть вообще всё! Даже те два килограмма золота, которые переползли в процессе последнего поцелуя, и под тяжестью которых моя шея сразу начинала ныть.
Накинутый сверху плащ от тихого перезвона украшений не спасал, я ощутила себя этакой богатой цыганкой.
Крепче перехватив сумку, куда положила две шкатулки, вышла к ожидавшему в коридоре аристократу. Лишь теперь уточнила:
– Ректор Калтум разрешил мне пропустить занятия?
Кивок.
– А зачем мы едем во дворец?
Тут Тонс пожал плечами и ответил расплывчато:
– Настоятельная просьба леди Мирры.
Ничего не понятно и по-прежнему тревожно.
Но я всё равно пошла.
Мы пересекли парк, встретив по пути господина Калтума. Ректор кивнул нам без всякого удовольствия – о предстоящем пропуске зан адепткой Сонтор занятий он однозначно знал.
Затем был экипаж, непродолжительная поездка по городу, прогулка по дворцу, и я очутилась в гостиной, где поджидала Мирра.
Тонс сразу удалился, а её величество, увидав меня, сдержанно улыбнулась и уточнила:
– Марго, ты голодная?
Учитывая, что позавтракать я так и не успела…
– Немного, ваше величество.
От чая, а в идеале кофе, точно не откажусь.
Снова не слишком вежливо? Ну, простите. Утром, да ещё без кофе, я соображаю со скрипом.
Но королева-мать не обиделась, а служанка принялась выставлять чашки даже раньше, чем получила приказ.
Одними напитками дело не ограничилось, меня таки покормили, хотя завтрак был предельно лёгким. Всё это время Мирра молчала. Улыбалась, в то время как глаза оставались серьёзными.
