Шагнув к нам, Георг демонстративно провернул камень на одном из украшавших его руку перстней, и вокруг появилось этакое голубоватое свечение, формой напомнившее купол.
Король тихо свистнул, и его конь — не менее пугающий чем клыкастый Хрустик, — придвинулся, оказываясь под защитой того же свечения.
— А это что? — не выдержав, почти шёпотом спросила я.
Вместо ответа услышала встречный вопрос:
— Как это понимать?
Э-э-э… А в реверансе сейчас приседать надо или подобная вежливость не к месту?"
"— Прошу прощения, — выдохнула я, учтиво кланяясь.
— Мы не хотели выскакивать под копыта. Нам жаль, что так произошло.
— Жаль? — с каким-то подозрением переспросил Георг. — Нам?
Тут из-за моей юбки выглянул Марк, и Георг процедил, разглядывая моего сообщника:
— Отлично. А там кто? — он кивнул на шипящий кокон.
— Кот. Мы его спасали.
— От кого? — не понял величество.
— Мрмярму! — грозно встряла в разговор животина. Словно бы намекая, что спасать надо не его, а нас.
3
По коже побежали мурашки, но дальше — хуже.
— Покажите! — в голосе короля прозвучала сталь.
Что? Развернуть свёрток? Ну, знаете…
— Боюсь, тогда мы все умрём.
Мужчина посмотрел скептично. Уж кто, а он потакать какому-то мелкому тирану не собрался.
Миг, и с пальца Георга слетела короткая тусклая молния. Она попала в кокон, и кот резко угомонился. Только что ёрзал, готовый к новой схватке во имя свободы, а тут р-раз и притих.
— Вы… не убили его, правда? — спросила я настороженно.
Его величество посмотрел скептичнее прежнего, словно я, невзирая на отсутствие магического образования, обязана уметь отличать одну молнию от другой.
— Я его усыпил, — всё-таки пояснил Георг, и Марк, который теперь стоял рядом и жался к моей ноге, тоже вдруг расслабился.
— Показывайте! — повторно приказал монарх.
Но едва я сбросила с кокона первый слой ткани, король протянул руку и заставил подвинуться, освобождая проход в спасительный переулок.
От прикосновения я вздрогнула, ощутила лёгкое покалывание в области правого запястья, а в следующий миг…
Из полумрака переулка вынырнул мужчина самой непримечательной наружности.
Окинул пространство цепким взглядом и, не заметив нашу компанию, поднёс к губам мерцающее фиолетовым светом кольцо.
— Здесь нет! — тихо, но отчётливо произнёс он.
В глубине переулка прозвучал разочарованный стон, и очень скоро к первому мужчине присоединился второй. Столь же непримечательный и хмурый.
Второй тоже оглядел пустую, в общем-то, улицу, после чего заключил:
— Король нас убьёт.
