Кажется, словно сам воздух застывает вокруг меня.
Становится тяжелее дышать, перед глазами начинают мелькать чёрные пятна, а зрение и вовсе сужается до узкого туннеля. И единственный свет в этом туннеле — это горящие радужки Сигизмунда.
— Смело. Я бы сказал очень смело, — признаёт бог порядка. — Но что… если я предложу цену, куда большую. Достойную столь преданного Лорда?
Внимание! Бог порядка предлагает вам сделку!
Спарта обретет Пантеон в виде пяти богов!
Внимание! Богиня мудрости Елена станет новым богом-покровителем Спарты!
Спарта получит множество дополнительных свойств!
Бог Солнца Бальтазар:
+ 20% к характеристикам во время войны с другой фракцией!
+ 25% к Силе и Выносливости при сражении против монстров!
Богиня мудрости, Елена:
+ 20% к Интеллекту во время переговоров!
+ 15% к Мудрости при ведении торговли!
Бог коварства Индиго:
+ 15% к скрытности во время диверсий!
+ 10% чуткости к чужим интригам!
Боги перемен Хоакин и Феникс:
+ 30% к вероятности создания предмета более высокого качества
+ 10% к появлению новых свойств у созданного предмета
Испытание будет засчитанным, как пройденное!
Примите ли вы сделку?
Да/Нет
Чего здесь только не было! И увеличенные баффы на Силу от того же Бальтазара, и прокачка Интеллекта во время критически важных переговоров.
И просто повышение качества предметов от богов перемен.
И даже бафф на скрытность от того же Бога коварства.
Вкусно! Даже слишком вкусно!
Стоит признать, отказ от столь заманчивого предложения уже будет казаться дуростью.
Самой настоящей."
"Но остаётся только один вопрос. Кем буду я для этих новых богов?
Союзником?
Или слугой, от которого будут требовать новых жертв и новых почестей. Смогу ли я говорить с ними на равных, или мне придётся простираться ниц перед новыми покровителями?
А потому хоть и с некоторой горечью, но я также отмахиваюсь от второго предложения Сигизмунда.
В ту же секунду я едва ли не падаю на колени. Воздух вокруг меня чуть ли не застывает.
Сила бога порядка теперь прижимает меня к земле.
Пробует указать на моё место, ткнуть носом в снег и пепел, как какого-то щенка.
Вот только мой телекинез никуда не уходил, а потому я, вкладывая всю, казалось бы, бездонную ману в магию, сопротивляюсь чудовищному грузу на своей спине.
— Невежливо отказываться во второй раз. Особенно, когда я продемонстрировал достаточную искренность, — высказывается Сигизмунд.
На него теперь даже смотреть невозможно. Его зрачки походят на два прожектора.
